— Но может быть, он несколько растерялся. Человек, который узнал, что станет отцом, вправе растеряться. Ну а что было дальше, Сара? — Дафна прикоснулась к ее руке.

— На следующий день я уволилась из таверны и отправилась наниматься на работу к Бентли. Остальное вы знаете.

— Он любил тебя, Сара?

— По-своему — да.

— Как ты думаешь, Джеймс знает, где ты находишься? — Не думаю, ваша… Дафна, — поправилась Сара. — В таверне я не сказала, куда отправляюсь. Но даже если он доберется до Бентли, то вряд ли что-то узнает.

— Да. — Дафна тяжело вздохнула, но какая-то мысль затаилась в ее глазах. — Спасибо, Сара, мне уже значительно лучше. — Она встала. — Пойду посмотрю, покормили ли бедного Лэнгли.

Дворецкий встретил ее — на своем посту. Не дожидаясь вопроса, он отрапортовал:

— Никого не было, ваша светлость.

— Как? Даже с кухни никто не пришел?

— Ах вы про это! — Лэнгли смутился. — Спасибо большое, я подкрепился.

— Скажи, Лэнгли, где Пирс?

— Я думаю, что герцог в своем рабочем кабинете. Он составляет сметы для рабочих.

— Тебя не затруднит принести чай и несколько бутербродов в рабочий кабинет?

— Нисколько, но сначала я провожу вас. Дафна с благодарностью оперлась на его руку.

— Входите! — крикнул Пирс, услышав стук в дверь.

— Простите, ваша светлость, — начал Лэнгли, — но герцогиня…

— Дафна! — Пирс был уже на ногах и спешил к двери обнять супругу. — Что случилось? — спросил он, заметив ее бледность.

— Ничего, я по глупости пропустила завтрак. Сейчас Лэнгли принесет немного поесть.

Пирс бережно усадил Дафну в кресло.

— Дафна, чем я могу помочь тебе?

— Не волнуйся, дорогой, все нормально.

— Я сам прослежу, чтобы ты поела, а потом уложу в постель. Тебе надо отдохнуть.

— Пирс, я очень волнуюсь, почему мама и викарий так долго не едут,

— Не беспокойся, Лэнгли сразу известит нас о приезде гостей. Не так ли, Лэнгли? — спросил он у дворецкого, который уже появился с подносом.

— Конечно, ваша светлость. Еще что-нибудь, сэр? Тогда я, с вашего позволения, вернусь на свой пост. — И он удалился строевым шагом.

Когда дверь за ним закрылась, Дафна и Пирс удивленно переглянулись.

— Мне кажется, он пошутил, — неуверенно предположила Дафна.

— Мне тоже так показалось, хотя трудно в это поверить.

Пирс, я хотела поговорить с тобой.

— Не раньше, чем ты съешь два бутерброда и выпьешь чашечку чая.

— Хорошо, — согласилась Дафна и со вздохом принялась за еду. — Я чувствую себя прекрасно, — сказала она, закончив есть.

— Хорошо, а теперь я отнесу тебя в постель.

— Подожди, ты обещал выслушать меня. Я хочу поговорить с тобой насчет Сары. Пирс, из разговора с ней я поняла, что их размолвка с Джеймсом была случайной, они просто не поняли друг друга. Может быть, они любят друг друга до сих пор.

Пирс помрачнел.

— Любящий мужчина никогда не бросит женщину, узнав, что у нес будет ребенок.

— Знаю. — Дафна успокаивающе погладила его по руке. — Но может быть, он уже раскаялся в этом?

— Хорошо. Что ты предлагаешь?

— Сара сказала, что раньше она работала в таверне у Блэка в Ист-Энде. Если он начнет ее искать, то там. Ты поможешь мне?

— В чем именно? Ты знаешь, как я отношусь к таким людям. Я не поеду его разыскивать.

— И не надо, дорогой. Просто сообщи хозяину таверны, что Сара находится здесь. Если он захочет, то найдет ее сам.

— Хорошо. — Он поцеловал ее пальцы. — Ну а теперь надо отдохнуть.

В коридоре раздались торопливые шаги.

— Ваша светлость, — Лэнгли стремительно вошел в кабинет, — приближается коляска!

— Кто там — мама или викарий? — спросила Дафна. Лэнгли замялся:

— Не знаю, слишком далёко. Сейчас посмотрю.

— Не спеши, Лэнгли, посмотрим вместе. Они вышли на крыльцо как раз в тот момент, когда викарий помогал Элизабет выйти из коляски. .

— Наконец-то! — Дафна сначала обнялась с матерью, потом с викарием. — Мы так ждали вас!

Элизабет с радостью и тревогой смотрела на дочь.

— Ты выглядишь неплохо. Немного бледна, правда, зато счастлива.

— Ты тоже выглядишь хорошо. — Дафна с удивлением обнаружила, что за время, проведенное в Рутленде, Элизабет помолодела на добрых десять лет. Морщинки вокруг глаз разгладились, лицо посвежело.

— Ты написала, что чувствуешь себя неважно, — сказала Элизабет озабоченно. — Что, очень плохо?

— Я чувствую иногда головокружение и тошноту, а так все нормально.

— Ну хорошо, я очень рада, что ты послала за мной. За нами, — поправилась она, улыбнувшись викарию.