Пэт и Фонз как раз добрались до середины пути, когда настала наша с Энди очередь отправляться в путь. Мы были в конце строя, Джо все еще ждал на грунтовой дороге, чтобы быть замыкающим. Его работа состояла в том, чтобы убедиться, что никто не остался позади. Эту позицию обычно называли «хвостовой Чарли[35]» - позицией стрелка в хвостовой части бомбардировщиков с единственной целью убедиться, что ни один вражеский самолет не сможет подкрасться к строю сзади.

Я выбрался на открытое место. Где-то в глубине души я чувствовал, что Сабрина была бы не в восторге от сложившейся ситуации, в которой я оказался. От нервозности я тихо рассмеялся. Забавно — самым худшим был не страх быть застреленным, а скорее тихое ожидание, которое этому предшествует. Это почти невыносимо. Ты знаешь, что враг где-то там, наблюдает. Просто стреляй уже, чтобы мы могли начать дело. Первый выстрел почти снимает напряжение.

Если бы люди дома услышали, как ты говоришь что-то подобное, они бы решили, что ты чертов сумасшедший. Но ты не сумасшедший, просто переживаешь момент, который не можешь контролировать.

Земля была неровной и в основном замерзшей, лишь с несколькими мягкими грязными пятнами тут и там, что замедляло и усложняло передвижение. Когда я не смотрел на землю, чтобы не скатиться и не сломать лодыжку, я смотрел на юго-восток, в сторону Кибчака. Большой комплекс в «Фиесте» приближался к нам. Если бы талибы решили обрушить на нас все, что у них было, примерно половине из нас пришлось бы туго. Пэдди со своей EMR на крыше мало чего смог бы сделать, учитывая большую площадь, которую он прикрывал.

Как только я оказался на открытом месте, полностью неприкрытый, я начал думать про себя — черт возьми, это была глупая идея. И снова раздавался голос Сабрины, говоривший: «Да, да, это так».

Именно такой ситуации команда и добивалась в ходе этого патрулирования. Наживка была насажена на крючок, а леска заброшена. Теперь мы просто ждали поклевки. Патрульный отряд был довольно сильно растянут. Пэт и ребята, шедшие впереди, как раз собирались перейти на другую дорогу, когда Джо наконец вышел из-за стены.

Идя по этому полю, у меня было много времени на размышления. Подумать о том, что мы здесь делали — что я здесь делал — не только на этом патрулировании, но и о войне в Афганистане в целом.

Те, кто остался дома и был внимателен, услышали бы, как средства массовой информации много говорят о том, как американский народ «устал от войны» из-за нашего постоянного участия в Глобальной войне с терроризмом.

Менее двух процентов населения США — вместе со своими семьями — переносят бремя и тяготы этих войн и операций. Я видел этот один процент – они были в этом патруле. Пэт, Роб, Марк и Билли… Все они. И, на мой взгляд, они не выглядели уставшими. Они выглядели как люди, которые выполняют обещание, данное своим семьям и друзьям. Обещание, данное американскому народу, что они выполнят любую миссию, порученную нашими избранными представителями[36].

Я не заметил никакой усталости.

Я только видел, как выполнялось обещание.

Ни больше, ни меньше.

Я споткнулся и упал, пытаясь взобраться на один из выступов. Воткнув колено в твердую землю, я проклинал весь Афганистан. Мой патрульный рюкзак был тяжелым, из-за чего мне было трудно сохранять равновесие на такой неровной местности. Я вздохнул с облегчением, приблизившись к дороге. Перебравшись через глинобитную стену высотой в три фута, которая тянулась вдоль нее, присоединился к строю. Бойцы АНА и другие члены команды укрылись за несколькими низкими стенами и зданием, которые находились через узкую дорогу.

— Давай, Пэдди, выдыхай и дуй сюда - сказал Джо по радио, добравшись до дороги.

Оставшимся бойцам потребовалось всего несколько минут, чтобы быстро пересечь поле и соединиться с остальными. Патруль ждал в оборонительных позицях, пока Энди и Джо оценивали ситуацию. Все остальные смотрели и держали оружие направленным на юг.

Ничего.

Ни одного выстрела.

Возможно, у талибов в Кибчаке были дела поважнее.

Это немного обескуражило некоторых парней, потому что в глубине души мы привыкли ожидать, что враг в Бала-Мургабе всегда готов к бою.

Пэт и Джек снова встретились с Энди в центре дороги. Мы с Робом присоединились к ним.

— Думаю, это все - сказал Энди.

— Выводим АНА на дорогу и двигаемся на север?
– спросил Джек.

—Может быть, мы и не пойдем дальше на юг. Пусть они отведут нас к «Патфайндеру» и обратно через Базар.

Это самое близкое место, куда кто-либо когда-либо выходил в сторону деревни Кибчак. Комплекс в «Фиесте», казалось, возвышался над нами на юго-востоке, менее чем в трехстах метрах от нас. Мы были так близко, что я мог невооруженным глазом разглядеть маленький мостик, пересекающий глубокую канаву. Чтобы приблизиться к талибам, нам буквально надо было бы просто двинуться в сторону Сада.

— Ладно, вы слышали. Начинайте двигаться на север - передал Джо остальным членам команды по радио.

Патруль поднялся со своих закрытых позиций, снова построился на дороге и начал медленно выдвигаться на север. Патруль продвинулся всего на тридцать футов…

КЛАЦ… КЛАЦ… КЛАЦ...

И вслед за этим слабые шипящие звуки пролетающих над головой пуль.

— Контакт на юго-востоке!
– раздалось по радио.

Все развернулись и рассыпались веером, ищу укрытие. Небольшая часть операторов, заметивших вспышки выстрелов возле моста, осталась на позиции и дружно открыла ответный огонь. Эта первая волна подавляющего огня была ошеломляющей и жестокой — все оружие было в режиме автоматического огня, давая понять всем на той стороне, что они только что связались не с теми парнями.