Я зажмурилась, только чтобы сбежать от его роскошного лица, когда меня прострелила молния жара. Каждый дюйм кожи зудел и горел. Я уперлась рукой в стену, чтобы снова вернуть равновесие.

– Я уже поняла. Не знаю, как теперь снова посмотрю на Лиама.

– Лиама? Что случилось? – он развернулся ко мне, прислонившись к стене плечом. – Где носит твоего телохранителя?

– Я сама себе телохранитель, – парировала я, прижимаясь щекой к ледяному камню. – А он в постели.

– В твоей? – Его голос был разрядом молнии.

Я открыла глаза, встретив его взгляд. В снежном свечении все стало четче – выделялись морщины на его хмуром лбу, твердая челюсть.

– Нет. Хотя тебя это волновать не должно.

Ревнует? Это… удивительно утешало.

Он выдохнул, его плечи опустились.

– Не должно, если вы оба пошли на это в здравом уме, а ты, поверь мне, сейчас далеко не в здравом уме.

– Ты понятия не имеешь, что у меня сейчас на уме…

Неодолимое, ненасытное желание чуть не повалило меня на землю.

Рука Ксейдена обвилась вокруг моей талии, подхватила.

– Какого хрена ты не закрываешься?

– Не всех учили как! Он просто вдруг начал транслировать перед… этим, а если ты забыл, в класс профессора Карра можно ходить, только если ты начал пользоваться силой.

– Всегда думал, что это дурацкое правило, – он вздохнул. – Ладно. Экспресс-курс. Только потому, что был на твоем месте и потом проснулся с немалыми сожалениями.

– Ты правда мне поможешь?

– Да я тебе помогаю все эти месяцы, – его рука на моей талии напряглась – и клянусь, я почувствовала его тепло сквозь плащ и доспехи.

– Нет, ты спихнул все на Лиама. Это он мне помогает все эти месяцы. – Мой лоб наморщился. – Недели. Почти месяцы. Неважно.

Ему хватило наглости обидеться.

– Это я ворвался к тебе и убил всех, кто на тебя напал, а потом устранил другую угрозу твоей жизни путем очень публичного и очень противоречивого возмездия. Это был не Лиам. А я.

– Что тут противоречивого. Все люди были за. Я же видела.

– Ты сама не знала, что думать. Ты умоляла Тэйрна ее не убивать, отлично зная, что тогда она еще за тобой вернется.

Этот вопрос и вправду оставался открытым.

– Ну ладно. Но не будем притворяться, будто ты это делал в основном не для себя. Тебе была бы неудобна моя смерть, – я пожала плечами, откровенно подначивая его, чтобы забыть о том, как во мне мечется растущая волна похоти.

Он с неверием уставился на меня.

– Знаешь что? Сегодня мы не ссоримся. Если ты еще хочешь научиться, как закрываться.

– Ладно. Не ссоримся. Учи, – я подняла подбородок.

Боги, я ему и до ключиц не достаю.

– Попроси вежливо, – он наклонился ближе.

– Ты всегда был таким высоким? – выпалила я первое, что пришло в голову.

– Нет. Когда-то я был ребенком.

Я закатила глаза.

– Попроси вежливо, Вайоленс, – прошептал он. – Или я уйду.

Я чувствовала Тэйрна на задворках разума, как накатывали и отступали его чувства, и знала, что следующая волна ударит нешуточно. Да на сколько же их хватает?

– Часто с ними так?

– Достаточно часто, чтобы научиться закрываться. Ты никогда не сможешь блокировать их полностью – а иногда они сами забывают блокировать нас, как сегодня. Вот тогда помогает чурам – и то это, скорее, как проходить мимо оргии, чем активно в ней участвовать.

Ну…

– Ну хорошо. Ладно. Можешь научить меня закрываться?

Его губы скривила улыбка, мой взгляд упал на них.

– Скажи «пожалуйста».

– С тобой всегда так трудно?

– Только когда я знаю, что у меня есть то, что нужно тебе. Что тут скажешь, нравится мне смотреть, как ты мучаешься. Сладкая месть за то, что ты мне устроила в эту пару месяцев.

Он стряхнул снег с моих волос.

– Я устроила тебе?

Вы его послушайте.

– Ты меня чуть ли не до смерти пугала, и не раз, поэтому, по-моему, ждать от тебя «пожалуйста» – это честно.

Будто он хоть раз в жизни играл честно. Я сделала глубокий вдох и смахнула снежинку, упавшую на нос.

– Как пожелаешь. Ксейден? – я мило улыбнулась и приблизилась к нему. – Пожалуйста-пожалуйста, научи меня, как закрываться, пока я случайно не залезла на тебя и мы оба не проснулись с сожалениями?

– О, я-то себя контролирую, – он снова улыбнулся, и его улыбка была как ласка.

Опасно. Очень опасно. Жар прилил к щекам – такой жар, что я чуть не сбросила плащ, чтобы остудиться. Ксейден, кстати, вышел без плаща.