И я отлично знала, каким его тело будет на мне, сколько силы будет…

В бедре полыхнула боль, вырвав меня из транса, и я вздрогнула.

«Так тебе и надо», – выговорил мне Тэйрн.

– Не спать! – крикнула Рианнон, убирая посох. – Я же могла… А.

Очевидно, она увидела то же, что и я, то, на что с удовольствием смотрели почти все женщины в зале – да и кое-кто из мужчин.

А как иначе, когда они вдвоем так завораживали?

Гаррик – шире, мускулистее, чем Ксейден, его метка отступника тянулась только до плеча – вторая по размеру, что я видела. У Ксейдена она доходила до точеного подбородка.

– Это… – пробормотала Рианнон.

– Вот и я о чем, – согласилась я.

– Хватит объективизировать нашего командира крыла, – усмехнулся Лиам.

– Вот, значит, чем мы занимаемся? – спросила Рианнон, даже не повернувшись.

Я истекала слюной при виде мускулистой спины и крепкой задницы.

– Да, пожалуй, именно этим.

Лиам фыркнул:

– Может, мы учимся их технике.

– Ага. Может.

Но я точно не училась технике. Я бессовестно представляла, какая его кожа на ощупь, как мое тело отреагирует, если это предельное внимание будет направлено на меня. По венам побежал жар, ошпарив щеки.

Мое внимание отвлекли шлепки справа, где Ридок, сдаваясь, усердно стучал Имоджен по руке. Она отпустила его, позволив упасть задыхаясь на мат, и мою грудь насквозь пронзила незваная и совершенно нелогичная вспышка мерзкой, извращенной ревности при виде чистейшей похоти, которую она не могла скрыть, глядя на Ксейдена и Гаррика.

– Если вас так легко отвлечь, нам конец на Битве отрядов, – рявкнул Даин. – Можете распрощаться с отправкой на фронт.

Мы пришли в себя, и я тряхнула головой, будто это могло спасти от головокружительной потребности смотреть на Ксейдена еще и еще, хоть это просто… нелепо. Он терпит меня только потому, что наши драконы – пара, а я исхожу слюной при виде его полуголого тела.

Пусть и, признаем честно, очень красивого полуголого тела.

– Давайте за дело. У нас еще полчаса, – приказал Даин, и мне показалось, будто он обращается ко мне – в первый раз с тех пор, как Эмбер казнили из-за моего воспоминания.

«Она сама себя погубила, нарушив Кодекс», – пророкотал Тэйрн.

И в самом деле, когда я покосилась на Даина, он пристально всматривался в меня, но я наверняка неправильно поняла выражение его лица. Разве его губы могут быть перекошены в презрении из-за предательства?

– Продолжим? – спросила Рианнон, поднимая посох.

– Да, конечно, – я размяла плечи, и мы снова вступили в бой.

Я ей не уступала, помня комбинации, которым она меня учила, но тут она перешла на новые приемы.

«Хватит защищаться, нападай!» – потребовал Тэйрн, и его гнев заполнил меня, выбив из колеи.

Рианнон подцепила меня под ноги и опрокинула на спину. От удара о мат выбило дух.

Я пыталась вдохнуть, но не получалось.

– Ой, прости, Ви. – Рианнон припала рядом на колено. – Расслабься, подожди секунду.

– И эту всадницу выбрал Тэйрн, – издевательски сказал Джек кому-то из своих, стоя у мата со злорадной улыбкой. – Начинаю подумывать, что он ошибся, но раз у тебя до сих пор нет никаких способностей, ты наверняка и сама считаешь так же, а, Сорренгейл? Разве с двумя драконами не должно быть вдвое больше силы?

С Андарной все устроено по-другому, но никто не должен этого знать.

Лиам поднялся, встал между Джеком и мной, когда наконец в мои легкие просочилась первая струйка воздуха.

– Остынь, Майри. Не нападу я на твою подопечную. Особенно учитывая, что через пару недель смогу просто бросить ей вызов и случайно свернуть шею на глазах у всех. – Джек сложил руки на груди и с нескрываемым удовольствием наблюдал, как я прихожу в себя. – Но скажи, тебе самому не надоело изображать сиделку? – Друг Джека из Первого крыла что-то протянул ему, вроде бы дольку апельсина, который ел сам, но Джек отодвинул его руку. – Убери ты от меня эту гадость. В лазарет меня хочешь отправить?

– Лучше гуляй, пока цел, Барлоу, – предупредил Лиам с кинжалом в руке.

Наконец я сумела вздохнуть раз, потом другой, и тут взгляд Джека поднялся от меня к кому-то стоящему за мной. Этот взгляд – наполовину зависть, наполовину ужас, ужас до усрачки – говорил, что это мог быть лишь Ксейден.

– Она жива только благодаря тебе, – бросил Джек, но у самого кровь уже отлила от лица.

– Да, помнится, на Молотьбе это именно я воткнул нож тебе в плечо.

Наконец отдышавшись, я вскочила на ноги, обеими руками вцепившись в посох.