Мужчина замолкает. Смахнув с лица скупую слезу, отворачивается к окну.

– Я буду ждать, когда ты сможешь меня простить. Пусть не сегодня, пусть завтра. Да хоть через год, если я буду жив. А сейчас иди, дочь, и живи своей жизнью. Обещаю, я больше никогда не причиню тебе вреда, и Радмира твоего не трону. Будь счастлива.

Не замечаю, как с моей стороны распахивается дверца и свежий воздух врывается в салон иномарки.

Тянусь рукой к Сергею, но тут же останавливаюсь. Я не знаю, что ему сказать. Он такой холодный ушат воды вылил на мою голову, что мне действительно понадобится много времени: осознать и принять ситуацию.

Смогу ли я когда-нибудь его простить? Назову ли папой?

У меня нет ответов на эти вопросы.

Время расставит всё по своим местам и никак иначе.

Как только переступаю порог квартиры и захлопываю входную дверь, стаскиваю с себя сарафан прямо в коридоре и топаю в душ. Долго стою под тёплым потоком воды, желая смыть всю грязь, в которой невольно оказалась моя жизнь.

За тридцать шесть лет я научилась избавляться от негатива только одним действенным способом – вычёркивать из своей жизни людей, которые причиняют мне боль. Я перестаю с ними общаться от слова “совсем”. Игнорирую звонки и сообщения, избегаю встреч. Ненавижу выяснять отношения, да и зачем? После таких разборов полётов меня всегда трясёт, будто самолёт в зоне турбулентности.

Устала…

Господи, как я устала от людей, которые делают мне больно!

Успокаиваюсь, лишь выбравшись из душа и завалившись на кровать. Перед сном долго фантазирую, представляя альтернативную жизнь подальше от цивилизации, где-нибудь на безлюдном острове или же в лесу. Там, наедине с природой, я была бы счастлива и это точно.

Проваливаюсь в глубокий сон, крепко обняв подушку.

Громкий стук в дверь врывается в моё сознание, когда за окном вот-вот начнёт светать. Поначалу мне кажется, что всё приснилось. Переворачиваюсь на другой бок, только закрываю глаза, как в дверь снова стучат.

Прошипев через зубы недовольства, сползаю с кровати. Искать халат или что-то приличное – долго, поэтому просто обматываюсь простынёю и двигаюсь в коридор.

– Кто? – спрашиваю, подойдя к входной двери. Время ещё неподходящее для визитов, стрёмно открывать.

– Наташ, это я, – отвечает непрошеный гость голосом Радмира.

Я вмиг просыпаюсь. Бросаю взгляд на зеркало и от досады готова завыть, потому что выгляжу так, будто по мне танком проехались и не одним. Ладно, бог с ним, с этим кипишем на голове, с кругами под глазами… В конце концов, в гости я никого не звала, соответственно, не готовилась.

Открываю дверь нараспашку и отхожу на один шаг, пропуская Радмира в квартиру. Прижимаю руки к груди, удерживая простыню, что не остаётся без внимания бывшего мужа. Оценивающим взглядом Рад пробегается по мне сверху вниз.

– Ты что, вообще не ложилась спать? – смотрит скептически.

– Нет, я спала, пока ты меня не разбудил, – и будто в подтверждение своих слов, зеваю. – Почему в такую рань? Что-то случилось?

На самом деле, мне льстит тот факт, что Рад поднялся ни свет ни заря и проехал полгорода, чтобы встретиться со мной. Но об этом я, конечно же, промолчу, как и постараюсь не выказывать радость, неожиданно нахлынувшею на фоне последних событий.

– Случилось, – улыбается загадочно, делает шаг навстречу и в мгновение оказывается стоять напротив меня.

От запаха его одеколона, от пристального взгляда карих глаз и красивой улыбки, по спине бегут мурашки. Я намертво прилипаю к стене, боясь пошевелиться, точь-в-точь как два года назад, перед тем, как Радмир меня впервые поцеловал. Тогда я стояла под деревом и думала, что в любой момент бахнусь в обморок. Сейчас испытываю нечто подобное и это чертовски приятно, потому что чувствую себя живой, с эмоциями, а не раздавленной лепёшкой под тяжестью жизненных обстоятельств.

– Ты вчера сказала, что у тебя два выходных. Я запомнил.

Непонимающе моргаю. А Рад, приблизившись ко мне вплотную, касается моих волос, чтобы заправить за ухо локоны.

– Собирайся, Наташа. У нас не так много времени, – он целует меня в макушку как ребёнка и поворачивается спиной.

Я наблюдаю за тем, как Рад разувается, идёт в ванную помыть руки. И когда он сворачивает в кухню, вдруг оборачивается.

– Ты всё ещё здесь? Наташ, ну, собирайся уже. Через полчаса выезжаем.

– Куда?

– Сама увидишь.

– Рад, что происходит? Объясни, – требую я, окончательно проснувшись.

Муж снова подходит ко мне. Расставляет руки по бокам от моего тела, отчего я отказываюсь в настоящем плену.

– Я похищаю тебя на эти выходные и если ты не приведёшь себя в порядок в течение получаса, то обещаю, Наташа, закинуть тебя на плечо и вынести из квартиры прямо в том, в чём будешь одета.

– Ты же шутить сейчас?

– Не шучу, – качает головой, а взгляд устремляет на мои губы. – Наташ, я думал, ты дала нам второй шанс, иначе зачем готовила "Оливье"?