— Нет, это все. — Он даже не посмотрел на меня.

Прекрасно.

Все было прекрасно и чертовски хорошо.

Я вернулась к своему столу, закрыв дверь в его кабинет немного резче, чем следовало бы, но мне было все равно. Мне хотелось, чтобы он знал, что я зла на него за то, что он повел себя как мудак из-за дела, в которое сам себя втянул.

Он должен был проигнорировать это, оставить меня разбираться с этим, но Грейсон этого не сделал, и я не собиралась брать на себя вину за его действия.

К черту Грейсона. К черту его и его красивое лицо, горячее тело и глубокий голос.

Я вернулась к тому, чтобы называть его мистером Джексоном. Я бы вернулась к тому, чтобы уклоняться от него и на кухне.

И вообще, я бы установила гребаный мини-бар в своей дурацкой, красивой комнате в его ужасно замечательной квартире.

К черту мистера Джексона.

— Кексик, у Мармеладки появилось свободное окно в обучении на следующие выходные. Так что, раз уж ты устроилась на работу и живешь вдали от мудака, мы хотим навестить тебя. Может быть, погостим неделю.

Я улыбнулась, села на кровать и откашлялась, прежде чем сказать:

— С удовольствием, папа. Вы оба можете остаться здесь со мной. Здесь достаточно места.

— Ты звучишь, словно подбитая собака.

Я рассмеялась. Папа никогда не отличался тонкостью. После очередного приступа кашля я ответила:

— Хорошо, что сегодня пятница, и я могу провести ее, выздоравливая. — На самом деле, мистер Джексон отправил меня в квартиру ранее, потому что люди беспокоились, что я заражу их гриппом.

— Обязательно отдохни, Кексик.

— Обязательно, папа, и я даже собираюсь принять какое-нибудь лекарство от кашля.

Папа присвистнул.

— Ты уверена, что это хорошая идея?

Я хихикнула.

— Я в своей комнате одна, и именно там останусь до конца ночи. Уверена, что ничего не может пойти не так.

— Хм, может, стоит запереться, для полной уверенности.

Итак, каждый раз, когда принимала лекарство от кашля, я немного сходила с ума. Это превращало меня в пьяную, счастливую Кензи.

Тем не менее, у меня была свободная ночь. Дилан сказал, что может зайти с супом, если у него будет время, но я предупредила его не делать этого. Не хотела, чтобы кто-то еще заболел.

— Я приму все меры предосторожности. Не волнуйся.

— Ты помнишь, когда пила сироп в последний раз?

Вздохнув, я кивнула. Не то чтобы папа мог это увидеть, поэтому я ответил:

— Да.

— И где я тебя нашел? — его голос стал легким от юмора.

— На улице, точнее, поющей и танцующей посреди улицы.

— Верно, а потом ты возомнила себя непобедимой и захотела сразиться с любой машиной, которая ехала по нашей улице. На следующий день, после того, как несколько фотографий попали в местную газету, ты жаловалась на то, что унаследовала эту черту от своей матери.

— К счастью, я давно так не болела. К тому же, думаю, что нахожусь в правильном месте, чтобы принять лекарство, поскольку оно очень охраняется. Я уверена, что один из охранников поймает меня, если я попытаюсь сбежать.

— Я бы предупредил их, на всякий случай.

— Я могла уже перерасти эту аллергию.

— Кексик. — Папа хихикнул. — Отдохни немного. Пока, но не навсегда.

— Пока, папа.

— И еще, я буду следить за завтрашним выпуском газет. — Он засмеялся.

— Папа. — Простонала я, но он уже повесил трубку. Я улыбнулась и положила свой телефон на кровать. Даже если я чувствовала себя паршиво, разговор с папой всегда успокаивал меня.

Это была изнурительная пара недель, поэтому я, вероятно, и стала подавленной и больной. Не помогло и то, что на прошлой неделе мы обедали в присутствии больной Ангелии. Я была уверена, что она распространила вирус по всему кафетерию своими приступами кашля. Это могло быть еще одной причиной, почему Грейсон отправил меня домой пораньше, после того, как увидел, что я почти выкашляла свои легкие. На его лице появилось странное выражение, и он приказал мне подняться наверх.

Между нами все вернулось к тому, что было, когда я только начала работать. Больше не было болтовни на кухне, затянувшихся взглядов, и я знала, что во многом виновата в этом. Потому что в тот день, когда он меня разозлил, я все-таки пошла и купила мини-холодильник для своей комнаты. Завтракала в гостиной рядом с моей комнатой. И готовила ужин, как только заканчивала работу, зная, что он все еще будет занят. Я видела его только на работе.

Думала, что это к лучшему. Я запуталась в своих чувствах к нему, а главное, не хотела, чтобы мои развратные фантазии угрожали работе.