— Кензи, — крикнул Дилан. — Прекрати пытаться снять с себя одежду, черт возьми.

— Только мой топ, пожалуйста.

— Нет.

— Дилан, — заскулила я и быстро наклонилась вперед, стянув с себя топ, а затем расстегнув лифчик.

— Твою мать. Ты сказала «топ», а я этого не хотел. Теперь ты сняла и лифчик.

Я подняла лифчик, покрутила его на пальце, а затем бросила его в другой конец комнаты со словами «ю-ху-ху». Сев обратно, я сказала:

— Ну вот, так лучше, теперь продолжай, раб. — Взглянув на него, я заметила, что он не смотрит вниз, но его руки все равно легли на мои плечи и начали массировать. — Женское тело тебя оскорбляет?

— Нет.

— Сиськи действительно похожи на яйца, только больше и менее волосатые. Как они могут тебе не нравиться, даже если ты не любишь женщин? — я схватила свою грудь и сжала. — Думаю, я могла бы поласкать женские сиськи другой женщины. Ну, может быть, только их сиськи.

— Ради Бога, пожалуйста, перестань говорить.

Вздохнув, я кивнула.

— Хорошо, но только если ты будешь продолжать.

— Хорошо. — Это было вырвано сквозь стиснутые зубы, или, по крайней мере, так показалось.

Я начала напевать мелодию песни Келис «Молочный коктейль», пока руки Дилана не переместились ниже по моей спине, вырвав у меня стон. — Дилан, это потрясающее ощущение.

В этот момент дверь моей спальни распахнулась, ударившись о стену за ней. Я закричала, вскочила с пола, прижав руки к сердцу, чтобы остановить его.

— Что, блядь, здесь происходит? — прорычал Грейсон. Я зачарованно наблюдала за тем, как его глаза метались по комнате: на кровать, на брата, на меня, снова на брата, где они потемнели, а потом снова на меня, где они расширились.

— Закрой эту чертову дверь, — крикнул Дилан. Он встал с кровати и побежал к двери, быстро закрыв ее. — Иначе она сбежит, идиот.

— Скажи мне, почему я не должен тебя убить? — потребовал Грейсон у Дилана, а затем толкнул его.

— О, ура. Грейсон здесь, — воскликнула я, подняв руки вверх, чтобы помахать ими.

— Она пьяна?

— На гребаном лекарстве от кашля. — Дилан вздохнул. — Кензи. Повернись, черт возьми, лицом к стене.

Я перестала танцевать и положила руки на бедра. Сузив глаза, я спросила:

— Почему? Только потому, что ты гей, а мои сиськи…

— Ты сказал ей, что ты гей? — прозвучало так громко, что мне пришлось заткнуть уши.

Дилан подошел ко мне, по пути подхватив мою футболку, которую он натянул мне на голову, просунув мои руки через отверстия.

— Я должен был что-то предпринять. Она вела себя со мной так настороженно, во всем. Я запаниковал. Женщины чувствуют себя комфортно рядом с геями.

— Дилан и Грейсон — братья. Горячие братья, один гей, другой нет. Один мой босс, а другой нет, — пела я, покачиваясь в такт собственным ритмам.

— Гребаный ад, — услышала я ворчание Грейсона. — Неудивительно, что ее нет на званом ужине…

— Там вечеринка? — воскликнула я. — Ура!

— Черт, — огрызнулся Дилан. Он попытался схватить меня, но я сделала великолепный поворот и обошла его. — Хватай ее, — крикнул Дилан.

Я откинула голову назад и рассмеялась. Я была рада присоединиться к вечеринке. Только тогда что-то твердое и прочное обхватило меня за талию, и я уперлась в крепкую стену. Оглянувшись назад, я увидела, что моя стена на самом деле была моим боссом.

— Привет, Грейсон. Что ты здесь делаешь?

Его губы подергивались.

Я ухмыльнулась и сказала:

— Мне нравится, когда твои губы так делают. Это мило.

Его бровь приподнялась.

— Мило?

— И еще мне нравится, когда ты делаешь так. Поднимаешь одну бровь, как будто ты супермен, весь такой сильный и могучий. — Медленно, я повернулась в его объятиях. — Подожди одну минуту. Ты меня раздражаешь, ты, большой босс… начальник. — Я подняла на него глаза.

Его губы снова дернулись.

Я указала на них пальцем.

— Не делай этого, когда я раздражена. — Я моргнула. — Итак, почему я раздражена?

— Я не уверен.

— Не-а. — Я покачала головой. — Ты помнишь, потому что теперь и я помню. Не стоит быть таким засранцем, если тебе будет неловко.

Он фыркнул.

— Обещаю, что больше не буду.

Я улыбнулась и сказала:

— Хорошо. Теперь я собираюсь обнять тебя. — Я обхватила его за талию и крепко обняла.

— Она такая милая, да? — услышала я слова Дилана откуда-то позади меня.