Шрифт:
Смогу ли я когда-нибудь понять мистера Джексона?
Глава 16
Папе понравилась игра «Доджерс». Места, которые достал для нас Грейсон, были потрясающими, и когда папа узнал, что билеты дал мой босс, то усмехнулся и сказал:
— Он хороший парень. — Затем, откусив от своего хот-дога, он повернулся ко мне и спросил: — Есть что-нибудь, что я должен знать о вас с ним?
Лори, сидевшая по другую сторону от папы, начала хихикать.
— Прошлой ночью это выглядело именно так.
— О чем вы оба говорите? — спросила я, отпив глоток своей огромной колы.
— О том, как я это видел. Все эти крики, перебранки между вами двумя… прелюдия, — объявил папа.
Кола застряла у меня в горле. Я поперхнулась ею и следующую минуту пыталась отдышаться. Наконец, я покачала головой на своих сумасшедших отца и сестру.
— Во-первых. Папа, никогда больше не говори «прелюдия» при мне.
— Или при мне. — Лори кивнула. — Тем не менее, он прав.
— Спасибо. — Папа улыбнулся. — И я знаю все о прелюдии. Как вы думаете, как вы обе…
— Папа! — воскликнули мы хором. Он захихикал.
— Во-вторых, — начала я и уставилась на них. — Вы оба сошли с ума.
— Кензи, ты слепая, если…
Папа положил свою руку на руку Лори и покачал головой.
— Позволь ей быть в мире отрицания. Ей нужно многому научиться после того, как она некоторое время жила в мире придурков со своим бывшим.
Лори гоготнула.
Я надулась, села поудобнее и спросила:
— Папа, сколько тебе лет?
— Достаточно взрослый, чтобы понять, когда я вижу мужчину, который явно создан для моей девочки, но она слепа к этому.
Я задохнулась. С расширенными глазами посмотрела на отца и спросила:
— Ты же не имеешь в виду Грейсона?
— Я определенно не имею в виду Дилана. — Он посмотрел на Лори и добавил: — Мы поговорим о нем позже.
— Он мой босс. Ему нравится управлять жизнью людей. Мне хватило этого с Робертом. Я…
— Кексик. — Папа вздохнул. — Твой босс совсем не такой, как членорылый. Пусть все идет своим чередом, и однажды ты будешь бегать по тому пути, по которому тебя хочет провести Грейсон.
Вскинув руки вверх, я закричала:
— Что это вообще значит?
Он похлопал меня по плечу.
— Не волнуйся, однажды ты поймешь. — Звонок папиного мобильного прервал смятение, царившее вокруг меня. Он достал его из кармана и ответил: — Говори. — Сделав паузу, чтобы выслушать того, кто был на другом конце и говорил некоторое время, затем папа сказал: — Понял. Хорошая игра, сынок. — Затем он повесил трубку, положил телефон обратно в карман и вернулся к просмотру игры.
— А, кто это был? — спросил я.
— Никто.
Я посмотрела на Лори, которая ответила мне широкими глазами.
— Я не спрашивала, о чем был разговор. А спросила, кто это был.
— Точно. — Папа похлопал. — Мне нужно встряхнуть змею. — Мы с Лори обе застонали. — Вернусь через минуту. — Он встал и пошел вверх по лестнице.
— Это было странно, — прокомментировала Лори.
Встретившись с ней взглядом, я кивнула.
— Согласна. Единственный человек, о котором я знаю, и которого он называет сынком, это… — Мои глаза расширились. — Зачем Грейсону звонить нашему отцу?
Она улыбнулась.
— Я не знаю, но мне не терпится узнать.
А мне нет.
Я знала, что папа и Лори думали, что Грейсон неравнодушен ко мне, а я к нему — ладно, у меня были чувства к нему, когда он не был идиотом, но, чтобы Грейсон был неравнодушен ко мне? Это было безумием. Если бы они взглянули на Гарпию или других женщин, которые нравились Грейсону, они бы со смехом откинули головы назад. А потом сказали бы мне, что спятили, раз вообще об этом подумали.
Я почувствовала, что мой живот скрутило от нервов. Зачем Грейсону звонить моему отцу?
— Перестань волноваться. Я уверена, что все в порядке, — сказала Лори, взяв мою руку в свою. — Давай выбьем это из папы, когда он вернется.
Я просияла от такого предложения.
— Или мы можем упомянуть о том, что тетя Оливия может увидеть кое-какое сообщение.
Мы вместе рассмеялись.
— Еще лучше.
— Этот смех звучит как-то зло. Что вы обе натворили? — спросил папа и снова сел между нами.
— Никакой очереди в туалет? — спросила я.
— Нет. — Он покачал головой.