— Как мы к женщинам, — подсказал тихо Алан, и глаза Матиаса широко раскрылись.

— Тварь меня раздери! Что сделали боги, чтобы в этом Оазисе поменялся порядок вещей?

Сзади озадаченно прогудел Димитрий:

— Интересно, какие у них бордели…

Небольшой, но уютный и живописный дворец в озере выглядел покинутым — ни стражниц, ни слуг. Мелкие волны шлепали по каменному фундаменту, на верхних террасах усыпляюще гудели пчелы. Потом из темной арки под навесом на нижнюю террасу вышел юноша лет пятнадцати, высокий, угловатый, с насупленными густыми бровями, в свободном светлом хитоне без рукавов до колен и легких сандалиях. Черные кудри стягивала тонкая золотая корона. Кажется, припомнил Алан, в таких же неудобных для подвижных игр хитонах щеголяли мальчики на стрельбище. Наверное, потому что мальчикам здесь не полагалось стрелять из луков, драться и ездить верхом.

Танвира поклонилась ему, и мальчик ответил более глубоким поклоном.

— Ваше высочество, — обратилась к отроку амазонка. — Я привела Странников Дебрей к вашей царственной матушке.

Принц! — подумал Алан.

Его высочество без особого интереса глянул на Пилигримов и с легким раздражением капризного ребенка сказал девушке:

— Танвира, я ведь просил тебя называть меня просто по имени! К чему эти глупые церемонии?

Танвира покосилась на Алана, и тот уловил ее виноватое смущение.

— Как скажешь, Хорвэш…

Удивительный юноша тем временем нравоучительно проговорил, заложив руки за спину и начав прохаживаться перед слушателями:

— В нашей жизни и без того хватает проблем, чтобы ухудшать ее еще больше обрядами и ритуалами. Взять хотя бы этот Праздник Сватовства. Вдовы бьются насмерть только затем, чтобы выбрать женихов! Не проще ли бросить жребий или спросить мнение самих женихов?

Танвира густо покраснела, что стало заметно, несмотря на загар.

— Это наш принц, — пояснила она Пилигримам. — Если бы такое сказал простой мальчишка…

— Будь я простым мальчишкой, — сказал принц Хорвэш, — вы бы отправили меня в пещеры немедленно, а не после инициации? Там и без того большинство мужчин. — Он вздохнул. — Жизнь в этом Оазисе так примитивна и однообразна! Вы не привезли книги? — обратился он к Алану.

— Нет, ваше величество… то есть высочество. У нас нет книг и вообще товара.

— Ну и зачем вы пришли сюда?

— Я привела их к королеве, чтобы они отдали ей дань уважения.

Юноша закатил глаза.

— Опять ритуалы и бессмысленные поступки. Что такое “дань уважения”? Как ее можно потрогать или взять?

Не дожидаясь ответа, он скрылся в арке, туда, где в глубине помещения виднелась витая лестница.

— Принц любит читать книги, и это развило его ум не по годам, — сказала Танвира. — Ему скучно с нами. Жаль, что…

Спохватившись, она замолчала.

— Жаль что? — спросил Алан.

— Ничего.

Матиас сказал своим глубоким басом:

— Наверное, он мечтал бы стать Пилигримом?

— Не думаю, — живо отреагировала Танвира. — Он просто жаждет развлечений. И комфорта.

— Веселой жизни и комфорта одновременно не бывает, — усмехнулся Матиас.

— Да! — поддакнул Димитрий. — Веселая жизнь всегда сопряжена с опасностями! Иначе какое веселье без риска?

— Я понимаю, — сказала Танвира. — И все же…

До них долетел голос принца — Хорвэш стоял на лестнице и кричал:

— Ну? Вы идете? Я уже сказал о вас маме. Она вас ждет. Можете отдать свою дань уважения.

Амазонка, следом за ней Пилигримы прошли под арку к лестнице. Хорвэш уселся в кресло и взялся за какую-то серую и очень гладко отполированную дощечку. Алан с удивлением заметил, что по ее поверхности бегают темные символы и картинки. Принц тыкал по ним пальцем, и они меняли направление, исчезали и появлялись.

— Эту чудесную штуку привезли Странники Дебрей из другого Оазиса. Кажется, он называется Парадайз, — пояснил Хорвэш, поймав взгляд Алана. — Представляете, в ней больше знаний, чем в самой огромной библиотеке?! Пока этот магический свиток везли через Дебри, он не работал, поэтому Пилигримам он никак не пригодится. А здесь снова заработал. На пару часов в день его надо класть на солнцепек, и он, нагреваясь, получает силы работать дальше.

Тэн озабоченно проговорил:

— Там внутри, наверное, сиди дух. Хорошо, что он — светлый дух, а не темный, раз кушай солнечный свет.

Поднявшись по лестнице, они очутились на втором ярусе дворца, в просторном и светлом помещении с высокими окнами. Им так и не попались охранницы или слуги, но у Алана было ощущение, что за ними следят. На террасу выходила точно такая же арка, как и внизу. Впрочем, ее закрывала полупрозрачная занавеска, колышущаяся от ветерка. На террасе цвели кусты, и между ними ходила высокая немолодая женщина с лейкой в руке. Она диктовала размеренным приятным низким голосом юной девушке, сидевшей возле арки за крохотным столиком и писавшей в свитке коротким пером.