Люси что-то прошептала. Кончиками пальцев она продолжала гладить его золотистые волосы.

– Синда? – сказал Хит после долгого молчания. Его голос звучал немного хрипло и лениво.

– Да?

– Я все еще киплю от злости за то, что вы полезли в этот чертов дом.

– Да, но ведь и вы полезли туда.

– Я – совсем другое дело, – сказал он и посмотрел на нее. Люси сразу же убрала руку, как будто ее обожгли. – Да, и не забывайте, что я более опытен в таких делах.

Люси озабоченно нахмурилась:

– Хит, вы считаете меня ребенком?

– Нет. Но очень хотел бы этого.

С этими словами он приподнялся и кончиками пальцев коснулся нежной шеи Люси. Его лицо светилось нежностью, а взгляд был настолько проницательным, что Люси смотрела на него как завороженная, не смея пошевелиться. Она не сопротивлялась, когда он обнял ее, крепко прижал к своей груди так, что она чувствовала запах его кожи.

– Синда, – шептал он. – Вам не нужно было приходить сюда.

Люси вся трепетала, настолько нежно он произнес ее имя.

– Но я должна была убедиться, что с вами все в порядке.

– И все же вам не следовало.

Когда еще ее будут обнимать так нежно? Казалось, Хит наслаждался, прижимая ее к себе. Его прикосновения были какими-то особенными, и Люси вдруг подумала о том, что никогда не испытывала ничего подобного с Даниэлем. Конечно, его объятия были такими мягкими и знакомыми, но они никогда не вызывали в ней сладостной, палящей радости.

Неужели ее тянуло к Хиту потому, что он был недоступен? Потому, что он был южанином? Ее пальцы проскользнули под его разорванную рубаху.

– Что со мной происходит? – прошептала она.

– Ничего особенного. Вы женщина и хотите, чтобы в вас нуждались. – Он мягко улыбнулся. – И нуждаетесь в том, чтобы вас хотели.

– Но Даниэль именно так ко мне и относится.

– Тогда почему он старается подавить в вас самое прекрасное?

– Самое прекрасное? – недоверчиво переспросила она. – Вы имеете в виду мой характер?

– Мне нравится ваш характер.

– А мои рыдания?

– Просто вы слишком мягкосердечны.

– А мои витания в облаках?

– Ваше воображение, – ненавязчиво поправил он. – Я не стал бы менять ничего. Кроме одного. Вы не кажетесь горячо любимой, вы не выглядите удовлетворенной.

Потрясенная до глубины души, она отвернулась от него.

– Не говорите больше ничего. Вы правы, мне иге нужно было идти за вами.

– Но вы ведь пришли. И оба мы знаем почему. Вы хотите, чтобы я снова спас вас.

– Что? – Его слова ошеломили ее.

– Представьте, что вы моя, – с жаром произнес он, обвивая руками ее талию. – Только на минутку. Представьте, что, кроме меня, у вас никого нет, и я тот, кому вы обещали руку и сердце. Сделайте это ради меня. Я никогда не попрошу об этом снова.

Это были ее тайные мечтания. Но как он узнал? Он знал ее настолько хорошо, что всегда мог выбрать момент, когда она просто не могла отказать ему. Она попыталась подумать о Даниэле. Но его образ лишь всплыл на мгновение и снова исчез. И уже не отдавая себе отчета, она прижалась губами к Хиту. Поцелуй Хита был медленным и горячим, уводящим от реальности. Она ощущала его теплоту и нежность. Она позабыла, что не принадлежит ему, забыла, что не должна хотеть его. Опьяненная этим волшебным поцелуем, она позволила себе позабыть обо всем на свете.

Хит склонился над ней и осторожно прижал к гладкой поверхности камня, подложив одну руку под шею. Она успела лишь увидеть на небе только зарождающийся восход солнца и осознать, к чему может привести их близость, если она не остановит его. Люси попыталась освободиться от его объятий.

– Не надо. Все в порядке. Не бойся, – нашептывал ей Хит, наслаждаясь чарующим вкусом ее нежной кожи, которой он касался губами. Телом он прижимал ее, а его губы мешали ей говорить… Сквозь одежду она почувствовала, как его бедра коснулись ее. К ее удивлению, для нее было естественно лежать именно так, близко ощущая его тело. Руки Люси касались широкой спины Хита, пока пальцы не почувствовали длинный поперечный шрам. Медленно Люси подняла руку и прикоснулась к шраму на виске. Она смотрела Хиту прямо в глаза, которые буквально полыхали синим пламенем.

– Где? – почти беззвучно спросила она. – Где вы получили его?

– На войне.

– Все?

– Да. Они раздражают вас?

– Нет. Мне просто жутко думать о том, что кто-нибудь мог причинять вам боль.

– Но я сам не очень-то осторожничал, – сказал он, улыбаясь.

– Хит, позвольте мне уйти.

Он не мог дать ей уйти, не мог совладать с собой. Сила воли изменила ему.

– Еще одну минутку, только одну.

Люси закрыла глаза. Когда он снова поцеловал ее в шею, мурашки пробежали по всему телу. Его губы находили самые чувственные места и ласкали их.