До финиша я добралась поздно вечером, хотя могла бы добраться и быстрее, если бы не останавливалась, чтобы накормить каждую белку, встречающуюся мне на пути. Водопад оказался невероятным: грохочущий, неистовый, стремящийся вперёд – как сама жизнь. Я наблюдала за падающей водой не меньше получаса, пока боковым зрением не заметила, как работающий в парке персонал начинает собирать костёр.

Когда вечерние сумерки сгустились до состояния плотной темноты, костёр стал совсем большим и ярким, и казалось, что искры стремятся соприкоснуться с самими звёздами. Приехали музыканты с ручными барабанами, губными гармошками, но особенно хорош был гитарист – пожилой мужчина в ковбойской шляпе. Открылся шведский стол, предлагающий воду, соки трех видов и, кажется, все виды пива, сэндвичи, пиццы, гамбургеры и хот-доги, а также немного фруктов. Я как раз брала красное яблоко, когда сзади ко мне кто-то подошел и неожиданно нарушил моё личное пространство, свойски положив свою ладонь на низ моей поясницы. Обернувшись с ошарашенным взглядом, я увидела того самого парня, который вчера днём наблюдал за мной в ресторане.

– Здравствуй. Я заметил, что ты одна. Может быть тебя заинтересует предложение уединиться?

Я сделала резкий шаг в сторону и, уже не глядя на собеседника, отчеканила короткое: “Не интересует”. Парень понял меня правильно, потому что сразу же ретировался. Позже, доедая второй кусок пиццы у костра, я заметила, как этот парень уходит в лес с зеленоволосой девушкой. Может быть дело в том, что я родом из другого века, но мне кажется, что я никогда не пойму, как так можно: отдаваться незнакомцам ради минутного забвения, способного оставить в лучшем случае лишь осадок, в худшем – серьёзные проблемы не только с физическим, но и с психологическим здоровьем. Секс без обязательств – пилюля-пустышка, антидепрессант, дающий не исцеление, но помутнение, притупляющий и уничижающий, не дающий ничего из того, что связано с духовностью. Всё равно что вырванные часы здорового дыхания из самой жизни. Осознанный обмен здоровых свободой вдохов и выдохов на рваный кашель зависимостей. И люди делают этот выбор, и продолжают раз за разом выбирать кашель, чтобы позже жаловаться на усталость своих лёгких. Нет, ну зачем? Зачем самоуничтожаться таким образом, если можно выйти замуж за любимого человека и с его участием обзавестись кучей детей, которые в итоге позабудут о вашем существовании, чтобы в конце концов вспомнить о вас либо с целью отдать вас в богадельню, либо с целью обобрать вас до нитки?

От костра до отеля всех не снаряженных на ночевку в палатках туристов довезли на многоместных электромобилях. На следующий день у меня в планах было пройтись по двум маленьким тропкам – одна и две мили, – не оснащенным покрытием в виде деревянного моста, а также заглянуть в расположенный в лесу приют для нуждающихся в помощи диких зверей, но с утра пораньше зарядил первый для этой осени проливной и холодный ливень, так что пришлось поменять планы. Прогноз погоды внезапно пообещал дождь на три следующих дня, так что большинство туристов сразу же разъехалось и в отеле остались, кажется, только стоики да пенсионеры. Зато стало заметно тише: дождь как будто прибил вместе с пылью всю суету.

Взяв свой макбук, я разместилась в общественной гостиной третьего этажа, красиво украшенной панорамной крышей: здесь стояли небольшие круглые столики, у дальней от входа стены располагался функционирующий бар, в крупногабаритных фарфоровых горшках росло много зелени, даже полноценные деревца, в пространстве еле слышно играла классическая музыка, в центре комнаты журчал небольшой фонтанчик, панорамные окна и крыша во всей красе демонстрировали прелесть осеннего дождя, на мягких стульях были разложены пледы, и услужливый официант мгновенно материализовал чашечку некрепкого кофе с молоком и сахаром… Идеальное место, чтобы аккуратно переживать стресс.

С самого начала своего побега у меня вёлся список имён. Я могла бы выбросить его – попросту стереть из своей памяти, но всё же решила сначала узнать хоть что-то, прежде чем позабыть об этих именах так же успешно, как они позабыли обо мне. Я решила начать с самой лёгкого. Открыв макбук, в поисковую строку вбила имя “Редьярд Рэйнд”. Это было несложно. Поисковик моментально выдал десятки ссылок на свежие статьи об этом человеке. Я перешла по первой и сразу же прочитала о чудесном исцелении миллиардера, о том, что слухи о его неизлечимой болезни на самом деле были очень сильно преувеличены его недоброжелателями, о том, что он не просто выздоровел, но как будто даже немного помолодел, а также о том, что его жена родила мальчика, которого в итоге назвали Редьярдом Рэйндом-младшим. Исцеленный переустроил свой бизнес, занялся чем-то совершенно новым и продолжил заниматься благотворительностью, при этом не забывая уделять время своей семье – семейство Рэйнд последние два месяца не покидало Бали. Эта новость принесла облегчение. Вакцина спасла чьего-то сына, отца и мужа, человека, который занимается спасением тех, кто в этом нуждается. Мне хотелось верить в то, что это хорошо, и поводов накладывать запрет на эту веру у меня не было, так что я закрывала статью о Редьярде Рэйнде с ощущением снятой с души тяжести. Восемьдесят миллиардов – он предлагал больше, я взяла меньше, я поступила бы благородно, не взяв ни цента, но также я могла вообще не расставаться с этой вакциной или отдать её кому-нибудь другому, ведь в мире полно нуждающихся… Это не благородство – это коммерческая сделка в чистом виде, в результате заключения которой выиграли обе стороны: он жив и не обнищал, он присутствовал при рождении своего сына и увидит его взросление – я же просто разбогатела. Тема закрыта. Но есть и другие темы…

Джим Пибоди должен был передать моим наследникам деньги, которые я оставила в цифровой банковской ячейке. Нет лучшего способа проверить, справился ли юрист со своей задачей, чем проверить социальные сети тех, на кого закрытие этого вопроса должно иметь прямое влияние. Чтобы не бить себя сразу битой по яйцам, как любил выражаться Джерри, я решила начать обзор с его бывшей жены. Найти Хильду оказалось несложно – после развода она вернула себе девичью фамилию Макгуайр. Итак, что изменилось в жизни Хильды Макгуайр за прошедшее лето? Она купила себе новую квартиру, а старую, судя по публикации двухмесячной давности, стала сдавать в аренду. Сменила место работы и публикацией с букетом флоксов намекает на новые отношения с мужчиной, который одновременно может являться её новым коллегой. У моей бывшей невестки всё, вроде как, хорошо. Как и у большинства людей в социальных сетях… Отлично, кто дальше по списку? По старшинству – Джерри. Побывал с Лукрецией на Шри-Ланке, на время отпуска оставлял восьмимесячную дочь с родителями жены, обновил жене гардероб и украсил её загоревшее тело ювелирными изделиями. На всех фотографиях Лукреция позирует в новых нарядах и с новыми украшениями. Мой старший сын спускает, а может быть уже и спустил, все оставленные мной ему деньги на женщину, которая всё время заглядывается на других мужчин… Растратят ли они и наследство Лауры до того, как Лукреция запрыгнет на кого-нибудь побогаче, или моему сыну хватит ума не тронуть детское приданое? Надеюсь, что то завещание, которое я оставила, всё же убережет наследство Лауры от рук её родителей – я позаботилась и прописала отдельным пунктом, что её долей может владеть только она сама и только по достижению двадцать второго года жизни.

Йен, Шанталь и Фэй переехали – купили красивый двухэтажный дом.

Керри с Дейзи удивили больше всех: Керри приобрела новую машину, как и обещала, а дальше совершенно неожиданно сообщила публике о том, что в конце июля на острове Боракай состоялась её тайная свадьба с уроженцем Филиппин, о котором её семья совсем ничего не знала, хотя все мы и были в курсе того, что у Керри уже год как есть тайный бойфренд. Новоиспеченная пара со стороны выглядела немного странно: высокая и выкрашенная в блонд Керри, и низкорослый, зато в два раза сильнее невесты улыбающийся филиппинец, приблизительно её ровесник. Надеюсь, она сообщила ему о своём наследстве после того, как он предложил ей руку и сердце. Керри хотя и забеременела в двадцать два года в ночь бурной студенческой вечеринки, и родила без поддержки отца своего ребёнка, всё же, вроде как, умела пользоваться своей головой по назначению. Надеюсь, что в этот раз у неё всё сложится положительным образом.

Тиффани. Не уволилась. Не сменила квартиру. Не купила себе новую машину. Открыла небольшой ресторанчик – всего на дюжину столиков – в самом центре Бостона. Она больше всех общалась с прессой по поводу “утопления” своей матери и буквально отбила общественные нападки на всю семью – вроде как, её словам о том, что никакой вакциной Боффорта её престарелая мать вовсе не владела, поверили. На фотографиях недельной давности она выглядит неожиданно уставшей. Рядом с ней постоянно засвечивается какой-то рыжий мужчина, выглядящий немногим моложе нее – новый непродолжительный роман? Или на сей раз всё будет иначе? Случайно, через аккаунт Тиффани, я вышла на аккаунт этого мужчины – Стивен Джейкобс – и узнала, что он уже пять лет как находится в статусе отца-одиночки: воспитывает рыжеволосую красавицу двенадцати лет по имени Лия. Хм… Моя дочь в роли мачехи? Я попыталась представить и, как ни странно, смогла. В роли матери Тиффани никак не представляется, зато в образе мачехи двенадцатилетнего подростка, которому не нужно менять памперсы и слюнявчики – очень даже.