– Да, Золина! Я понимаю тебя. Сама до сих пор не могу отойти от шока, - сочувствует маман и даже пытается мне улыбнуться.

– Не обращай внимание, Золюшка, - успокаивает Иванна.
– Пусть нам будет хуже, - заливисто смеётся.
– Торт был вкусным, а фрукты потом попробуем. Я лично наелась и больше ничего не хочу.

– Эти сюрпризы мне очень понравились, - захихикала Эстер.
– Я лично не откажусь, если их будут приносить каждый день.

Я облегчённо выдыхаю...

Слава богу не спалилась и удалось нормально замять мой промах.

– Вот выйдут сестрицы замуж за принцев, вот тогда мы по-настоящему заживём!
– мечтательно произносит родительница и с любовью смотрит на Эстер.

Эстер улыбается матери и гордо вскидывает подбородок.

– Как надоело считать копейки, - жалобно произносит маман.
– Дворец и поместье приходят в запустение. Эдмонт умер и всё начало рушиться, - обречённо вздыхает она.
– А если девочки станут королевами, то принцы обязаны поддерживать усадьбу и замок в надлежащем виде. И тебе тогда, дочка, не нужно будет работать. Как я мечтаю об этом!

– Ваши слова, маменька, да Богам в уши! Молитесь за нас и тогда всё будет хорошо! Богиня Пресвятая Заступница нас возьмёт под свою защиту, - умоляюще просит Эстер.

– Я итак каждый день молюсь за вас и прошу милости, - тяжко вздыхает родительница и встаёт из-за стола..

Когда маман с сестрицами встали, я тоже быстро вскочила.

– Простите, маменька! Мне необходимо отлучиться по нужде. Можно я потом вымою посуду?
– спрашиваю родительницу.

– Иди, Золина, отдыхай! Мы сами с девочками справимся, - неожиданно доброжелательно произносит маман и я от удивления чуть ли не теряю дар речи.

Что произошло с этой женщиной? Почему вдруг такие перемены? Что она задумала?

– Девочки! Вы заметили, как сегодня с самого утра изменилась Золька?
– маман тихо говорит сестрицам, когда я подхожу к двери, выходя из столовой.

Я притормаживаю, чтобы подслушать их разговор и быть в курсе их переговоров. Быстро прячусь за стенкой. Мне всё слышно, но им меня не видно.

– Да, я заметила, - отвечает Эстер.
– Такая гордая и уверенная стала! С чего бы такие изменения?
– недоумённо спрашивает маман.

– Вот и я думаю о том же, - растерянно - задумчиво произносит родительница и на мгновение замолкает.

– А мне она такой больше нравится!
– высказывает своё мнение Иванна.
– А то всё время после смерти папеньки ходила с опущенной головой. Пора уже возвращаться к нормальной жизни.

– Да что ты в нормальной жизни понимаешь?
– шикнула на неё маман.
– Вы присмотритесь к ней получше. Может и правда генерал решил к Зольке подкатить и она согласилась?
– предполагает родительница.
– Уж слишком она стала независимой, словно чувствует твёрдую почву под ногами и надёжную опору и защиту! Боком бы нам не вышла её самоуверенность!

– Почему?
– недоумённо спрашивает Иванна.

– Потому что если вы не выйдете замуж за принцев, а она выйдет замуж за генерала, то мы останемся нищими, голыми и босыми. И все вместе пойдём просить милостыню к храму.

– Всё так критично?
– изумлённо интересуется Эстер.

– Конечно. Золька перестанет работать и давать нам деньги! Разве это тебе непонятно?
– маман недовольно шипит на сестрицу.
– А мы же с вами ничего не умеем делать!
– обречённо шепчет родительница.

– Маменька! Золюшка не такая! Она нас в беде не бросит!
– заступается за меня Иванна.

– Заклинаю вас, особенно тебя, Эстер! Ни в коем случае не ссортесь с Золькой! Мы от неё сейчас полностью зависимы. Вам это ясно?

– Яснее ясного, маменька! А я - то думаю, с какой стати вы стали называть её дочкой?
– с сарказмом проговорила Эстер и тихо засмеялась.
– А ларчик просто открывался! Это меркантильный денежный интерес! У вас же всё просто, маменька! Вы предсказуемы, как открытая книга. Хитрый и точный расчёт, плюс скрытая выгода. Не так ли?

– Хватит подслушивать, пойдём!
– недовольно шепчет мне Паулис.

Я на цыпочках начинаю идти дальше и слышу последнее предложение сказанное родительницей.

– Так я же для вас стараюсь, глупые!

– Одно очевидно - ни маман, ни Эстер не причастны к смерти Золюшки. Об Иванне я вообще молчу, - ментально убеждает меня Паулис.

– А кто же тогда?
– растерянно спрашиваю мохнатика.

– Будем разбираться. Но этот кто-то реально существует. Возможно он ещё здесь, - решительно говорит Паулис, нагоняя на меня панику.