Я снова вспоминаю её глаза!

В них столько чувственной страсти и огня, что я изнемогаю от желания слиться с ней сейчас же и опускаю руку к паху. Член стоит колом и требует разрядки.

Я не помню когда испытывал эти чувства, может где-то в далёкой забытой юности.

Моя жизнь давно стала безэмоциональной, серой, скучной.

Никаких привязанностей. Никаких лишних эмоций.

Так легче. Так проще. Я так привык жить и ничего не хотел менять.

У меня полно проблем в королевстве и мне некогда зацикливаться на женщинах, их чувствах, желаниях и эмоциях, а также думать о наследнике.

Видимо, я ещё до этого не дорос!

Эти арноидки после свадьбы становятся как безмозглые дуры, во всём подчиняются мужчинам и не имеют права высказать своё собственное мнение.

Мужчины покупают товар для удовольствия и продолжения рода.

Я не представлял о чём с ней вообще разговаривать? Находиться рядом с ней будет пыткой!

А я сам инквизитор и привык пытать!

А это уже перебор!

Сейчас секс с женщинами был доведён до автоматизма. Без прилюдий и всякой страсти, чисто физиологическое удовлетворение похоти, снятие напряжения.

Я не хотел жениться, меня устраивала нынешняя жизнь до сегодняшнего дня, если бы неОНА!

Я чувствовал, что с ней будет необыкновенно, страстно и горячо..., - Филипп в раздумьях забарабанил пальцами по столу, даже не замечая.

Золина зажгла мне надежду на будущее, которое я смогу изменить и, возможно, которому буду только рад.

В этот момент ему захотелось насладиться обнажённой точёной фигуркой арноидки, притронуться к её белоснежной груди, погладить её бархатистое тело. Приласкать, проделать дорожку из поцелуев от шейки к самому сладкому месту..., поиграть с её сосками и ... получить крышесносный оргазм.

– Я не отказался бы от наследника именно от неё, - задумчиво произнёс Филипп и очнулся от своего голоса.

– Дьявол! Что за ерунда? Я уже сам с собой разговариваю?
– недоумённо хмыкнул Филипп.

Удивляюсь сам себе и не нахожу ответ - что же со мной происходит?

Как этой ведьмочке удалось в один миг так на меня повлиять?

Зажимаю пах рукой и думаю куда лучше пойти?

Принять холодный душ и поработать руками или вызвать умелую рабыню.

Склоняюсь к душу, я не буду касаться тела рабыни и марать себя.

Словно с рабыней я буду изменять этой пигалице, которая мне пока что ещё не жена!
– снова иронично хмыкаю.
– Хренов чистоплюй!

Бездна! Так можно сойти с ума!

Называется дожился до края!

Злюсь на неё, на себя, на работу и вообще на всё межвеерное пространство!

И снова возвращаюсь к воспоминаниям.

Эта маленькая скромная пигалица с большими красивыми голубыми глазами из лавки мистера Хопкинса не даёт мне покоя.

Она вывела меня на эмоции о которых я давно забыл, а может и вовсе не знал?!

То было юношеское и несмелое, а сейчас вспыхнувшая внутри меня искра любви разгоралась с космической скоростью, превращаясь в огромное пламя и неуёмную страсть.

– Это любовь?
– спрашиваю сам себя и понимаю, что она пришла ко мне неожиданно и я к ней оказался не готов.

Я не могу ни о чём думать, кроме неё.

Мне не хочется ни есть, ни пить, ни спать!

Я почти потерял контроль над собой, испытывая широкий спектр волнующих эмоций и не знал что с ними делать.

Я хочу только её!

Хочу до одури и готов тут же бежать за ней.

Смотрю на часы - уже поздно! Бездна!

Я толком не могу разобраться в своих чувствах.

Охренеть! У меня, у принца Филиппа Ван Дайка, не получается их осмыслить!

Я снова, как ненормальный, горю желанием её увидеть...

Сегодня мотался туда - сюда по дороге, чтобы хоть мельком увидеть её...

Хочу разобраться что со мной не так, чем она меня околдовала и почему я на неё неадекватно реагирую.

Не успеваю ничего додумать и осмыслить, как в кабинет не вовремя постучали.

– Войдите!
– недовольно рявкаю, едва сдерживая себя.

– Сынок, к тебе можно?
– с широкой улыбкой на губах появляется маман.

Я уже знаю, о чём она снова начнёт со мной говорить.

Матушка постоянно капает мне на мозги и заставляет жениться.

– Прости, Филипп! Возможно, я не совсем вовремя, но мне необходимо с тобой поговорить. Настало время обсудить нам с тобой очень щекотливую тему.

– Маменька! Давайте ненадолго отложим наш разговор, сейчас я очень занят, - пытаюсь выиграть время.