Разъяренный Пирон с неистовым ревом бросился на Артемиса, размахивая пылающим мечом. Казалось, он хочет просто разрубить противника надвое. Но Мантикор увернулся от сокрушительного удара с нечеловеческой ловкостью.

В тот же миг он выхватил стрелу и в упор выстрелил в грудь несущегося на него Халкиоса. Пирон едва успел отклониться, и стрела лишь оставила глубокую царапину на его плече.

Зрители ахнули — они не ожидали, что Мантикор сумеет использовать лук в ближнем бою. Но Артемис доказал обратное, его выстрелы были молниеносны и точны.

Тогда Пирон взревел от ярости и вонзил меч в землю по саму рукоять:

— Пламя бешеного Цербера!

Из расщелины вырвался огненный пес, образовав над ареной гигантскую пасть, готовую сомкнуться над Мантикором. Но Артемис был готов. Он вскинул лук, и зеленая аура вокруг него сгустилась, приняв очертания огромного оленя с рогами-ветвями:

— Рога лесного владыки Кернуна!

Рога-ветви вспыхнули ярко-зеленым и устремились навстречу огненному псу. Раздался громоподобный треск, когда две силы столкнулись. Арена содрогнулась, а зрители едва удержались на своих местах.

Когда дым рассеялся, Пирон и Артемис стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Их одежда была порвана, а тела покрыты ссадинами. Однако Пирон был явно выносливее. Он выглядел более целым, нежели Артемис, который упал на одно колено.

— Ты очень силен, наследник клана Артемиды, вот только боевой опыт не менее ценен в подобных ситуациях. Как говорит мой отец. Зелен ты еще!

Казалось, поражение Артемиса неминуемо. Пирон занес над ним свой пылающий меч, готовясь нанести последний, сокрушительный удар. Артемис тяжело дышал. Его силы явно были на исходе после изнурительного боя.

Трибуны замерли, охваченные тревогой. Зрители в напряжении следили за каждым движением бойцов.

Но в тот миг, когда клинок уже готов был обрушиться, Артемис внезапно вскинул голову, его глаза полыхнули яростью загнанного зверя. Из последних сил он вскочил на ноги, отпрыгнул назад и взметнул руку с луком вверх. Зеленая аура вспыхнула ярче, окутав его ореолом дикой, первозданной энергии леса.

— Гнев Артемиды! — проревел Артемис.

Его лук преобразился, выпуская три огромных изумрудных копья, сверкающих дикой мощью. Они вонзились в грудь ошеломленного Пирона, отбросив того на несколько метров.

Халкиос жалобно вскрикнул, выронив меч из окровавленных рук. Артемис тяжело выдохнул. Он явно не был доволен такой победой. Я внимательно смотрел в его лицо и не мог разобрать, отчего он выглядит таким раздосадованным, когда победил столь сильного противника.

Трибуны взорвались бурным ликованием. Противостояние двух могучих воинов увенчалось триумфом справедливости и мастерства. Артемис с честью одолел коварного противника, доказав, что истинное мужество творит чудеса.

Я даже поднялся со своего места, чтобы похлопать ему. Это было эффектно. А главное, вполне вероятно, что я столкнусь с ним, если одолею в следующем туре Кору Ферею — наследницу Деметры.

Следующий поединок должен быть между Юноной Аргеей, наследницей Геры и Милиной Бакхия из клана Диониса.

Признаю, мне было чертовски интересно, какой силой обладает практик с Даром бога пьянок и веселья.

Ну а пока следовало навестить Пирона.

Моя схема была простой, как два пальца. Вряд ли кто-то бы заподозрил меня в неладном. Буду ходить по проигравшим, пожимая руки и рассыпаясь в любезностях. Так у меня будет больше шансов стащить энергию олимпийского божества. Ну а с победителями мне еще предстоит встретиться.

Пирон лежал в палатах без сознания. Вокруг него суетилось несколько лекарей, а у двери в задумчивости стоял Дарей.

— А, ты же тот парниша, что выступал от Ореста, да? Ты еще знаком с моим братом. Отлично себя зарекомендовал. Прошел во второй тур. А мой, как видишь, не смог справиться. Я бы сказал, что тебе повезло, да только Никтон тоже очень сильный противник, ха-ха.

Несмотря на поражение Дарей был в хорошем расположении духа.

Вскоре лекари покинули палату Пирона, и глава клана Гефеста пригласил меня внутрь.

— Думаю, если вы с Клеомедом были близки, я могу тебе доверять. Расскажи, при каких обстоятельствах вы встретились?

Я выдохнул, попутно пытаясь состряпать легенду из околоправды и правдоподобной выдумки.

— Дело в том, что я нашел старые чертежи в старых руинах, на которые навел меня мой могущественный покровитель. И, когда я их добыл, мне понадобился опытный кузнец, который смог бы сотворить по этим чертежам предмет. Но как я был удивлен, когда в ближайшем городе мне посоветовали человека с даром Гефеста. В такой глуши это была редкость! Собственно, Клеомед мне не отказал, он оказался очень охочим до новых и необычных заказов.