– Поза в точности такая, как у нынешних жертв, – тихо произнес Аксель. – Но нет ангелов, ватмана и рисунков вокруг. Просто ребенок в луже крови.

– Именно так. И под головой маленькая подушечка. Шею чуть вытянули. Он явно ее укладывал. Потом маньяк два года отдыхал. Возможно, мой фильтр не учел его убийств. Но в 1994 году, в ноябре, снова труп и снова обескровлен. Мальчик, три года пять месяцев, Алекс Мерт, найден мертвым на капоте машины отца. Посмотрите на фото – и увидите точное совпадение поз.

Марк дрожащей рукой принял фотографию. На ней был изображен старый «Мерседес» с вытянутым капотом серебристо-серого цвета. Ребенок лежал, подтянув ручонки к лицу. Лицо открыто, шея вытянута, смотрит назад. Ноги чуть расставлены, лежат одна поверх другой. Имитация полета. Крови вокруг тела нет. Но вокруг головы – обруч. Сейчас уже первая ассоциация – нимб. Но криминалисты, которые не искали следа ангелов, не смогли бы это заметить.

– Апрель 1999-го, – холодным тоном произнес Говард. – Антуанна Мерт, два года семь месяцев. Младшая сестра Алекса Мерта, дочь того же отца. Те же порезы на руках, снотворное. Добавляется элемент – на шее веревка, как у висельника, но умерла она от потери крови. Когда убивали Антуанну, ее мать Мария Мерт-Тейрен спала в своей комнате, накачанная наркотиками. Александр Мерт на предварительных допросах утверждал, что жена не колется и никогда не кололась, но обыск в доме и на работе доказал обратное. Антуанну Мерт положили на порог дома на белое покрывало. С мая по октябрь 1999 года Александр Мерт проходил длительную реабилитацию в клинике Себастьяна Хоула. Себастьян – владелец двух частных клиник. Одна – закрытый элитный дурдом, специализация на травме и шоковых состояниях. Другая посвящена отказу от зависимостей. Алкоголь, наркотики, адреналин. Сейчас господин Мерт в городе, работает в Центральном банке Треверберга руководителем отдела ценных бумаг. Я выяснил его график и съезжу после нашей встречи на беседу.

Аксель кивнул. Говард улыбнулся.

– Я знаю Себастьяна, – проговорил Марк. – Мы часто пересекались в университете. Сильный специалист.

– С ним тоже стоит поговорить, если мы ничего не добьемся от господина Мерта.

– А чем закончилось расследование и кто его вел?

Говард заглянул в бумаги.

– Положили в архив. Его вел Дэниел Астер. В прошлом году он уехал в США.

Марк улыбнулся.

– Его завербовало ФБР. Я вернулся. А он нет.

– Карьерный рост налицо, – проговорил Говард.

– Почему мы так просто пропустили эти смерти? – себе под нос проговорил Грин. – Это же звенья одной цепи. Почему мы сложили их только сейчас?

– Для любой мозаики нужна точка отсчета. – Марк посмотрел другу в лицо. – Ты не вел эти дела.

– В моей практике достаточно нераскрытых дел. – Аксель встал и вернулся к окну. Одно из них перевернуло жизнь его семьи.

Стажер посмотрел на детектива, помолчал несколько секунд, давая воспоминаниям возможность улечься, и продолжил:

– И последнее. В прошлом году. Этот труп не похож на другие. Ребенку четыре года и два месяца, но из-за врожденного замедления развития он выглядит мельче. По-детски пухлый. Мальчик, Рэкс Рэйн. Единственный из всех жертв, кто воспитывался в неполной семье. Убит в июне 2000 года. Разрезаны вены на руках, шее и ногах. Рана на шее закрыта куском его собственной белой майки. Волосы смазаны муссом для волос. Найден в фойе дома на белом полу. Крови нет. Поза такая же, но спина выгнута сильнее. Под телом небольшое сооружение из подушек, взятых в доме. Лежит на пьедестале.

Марк поднялся с места и нервно заходил по кухне. Боль раскаленным гвоздем вонзилась в правый глаз и распространилась на висок. Он положил руку на лоб, не замедляя движений.

– Все это время у нас под носом находились трупы. Мы закрывали дела, отказывали родным, не лезли в детали и не признавали, что это серия. И теперь он снова убивает!

– В моменте не было никаких оснований считать, что это серия, – тихо возразил Аксель. – Надо поговорить с отцом двух жертв. Я уверен, он лично знаком с Рафаэлем.

Говард собрал бумаги.

– Уже иду.

– Я поеду к Себастьяну, – неожиданно проговорил Карлин. – Обращусь к нему как к специалисту. Попробую разговорить. В конечном счете, мне действительно нужна помощь. Заодно кое-что узнаю для тебя. – Он выразительно посмотрел на Акселя.

Тот кивнул:

– А я поговорю с Урсуллой.

13 апреля 2001 года, 17:47

Треверберг-33, главная студия

Момент перехода из мира кино и телевидения в мир реальный Урсулла ненавидела. В студии гас свет, команда начинала друг друга поздравлять с успешным эфиром, режиссер рычал на нее за искаженные фразы, главный редактор улыбался и продумывал следующую передачу, гримеры собирали свои кисти и уходили в подсобку. Увядание в кубе, за которым следовал следующий эфир, а потом – хорошая пьянка. Отдохнуть и выпить Урсулла всегда любила. Замужество за таким серьезным человеком, как Марк Карлин, заставило ее немного пересмотреть свои взгляды на отдых, но после рождения Йорна все вернулось на круги своя.

А восьмого апреля ее жизнь закончилась. Она выключила телефон, зная, что не выдержит встречи с полицейскими, и исчезла. За пять дней сменила нескольких любовников из давних контактов и сегодня приехала на дневной эфир. Урсулла ушла в гримерную, выгнала всех, заперлась изнутри и села за стол, включив лампы на зеркале. На нее смотрела совершенно чужая и холодная женщина, в чьих глазах застыл вопрос. Но лицо профессионально приветливо и одновременно бесчувственно. Урсулла поправила прическу отработанным до автоматизма жестом, улыбнулась. Уронила голову на руки и расплакалась, впервые за пять дней позволив себе подобную слабость. После звонка Акселя она решила не ехать. Она сбросила ему сообщение, что не готова говорить и позже ответит на все вопросы, и отправилась к любовнику. Мужчин для любви у нее было несколько, порой попадались случайные, но в основном она держала при себе тех, кто был достаточно богат и занят, чтобы не болтать, и тех, кто был достаточно хорош собой, чтобы секс с ними из мести мужу за холодность превращался в феерию. Урсулла всегда любила фееричные отношения, полные сюрпризов и страсти. В Марке она разочаровалась и разрешила себе добирать то, что не получала, за пределами дома, который он для них перестроил.