— Эй, Уэнс, — перетащил я её на свои руки и уставился на Джеймса. — Какого хрена… Сделай что-нибудь?!

— Не могу, я не лечу раны от магии, — резко ответил он. — Какого черта ты позволил ей сделать это?!

— Сделать что?! — спросил я в истерике, не имея ни малейшего понятия, о чём он говорит.

— Она вобрала в себя магию этого места, — заявил он, прикоснувшись к её лбу ладонью. — Но открывая портал, не смогла остановиться и отдала абсолютно всё, включая свою энергию.

— Она сказала, что общалась с тобой через амулет, и это ты ей сказал сделать это! — ответил я с психом. Мне вновь хотелось выпустить ему кишки.

Он сразу же взглянул в сторону неба.

— Она общалась не со мной… Будь с ней. Мне нужно бежать, — ринулся он в сторону леса, даже не обратив внимание на своего отца. Он так и смотрел на него в шоке, совершенно не понимая, что происходит.

— Чёрт, родная… Открой глаза, пожалуйста. Я здесь, — пытался я разбудить её, но даже не слышал стука её сердца… — Вы слышите что-то? Оно ведь бьётся, правда? Это у меня что-то с ушами…

— Нет, Тайлер, извини, но я не ощущаю её ритма, — ответил Митчел, и внутри меня зарождалось огромное облако боли. Если для того чтобы вернуть её, нужно было отправить этого гадёныша обратно, я бы сделал это снова и не задумываясь. Но, кажется, дело было в другом…

====== Глава 22. Две души ======

Я тормошил её бездыханное тело, пытаясь вернуть сердцебиение. Она вся обмякла и серый цвет её кожи пугал меня до дрожи в коленях. Я аккуратно положил её перед собой. Делал искусственное дыхание и массаж сердца, но ровным счётом ничего не помогало. Отец и мистер Митчел стояли в стороне как два истукана, глядя на эту картину, и, наконец, я увидел Джеймса, бегущего со стороны леса прямо к нам.

— Чёрт, если ты её не вернёшь, я клянусь, что убью тебя, мать твою! — кричал я на него, пока меня всего трясло.

— Да, отойди ты, Ромео, — перетянул он на себя её тело. Его ладони светились. Он положил их в районе её сердца, и она открыла свои глаза, неистово кашляя, пытаясь прийти в себя.

— Эй, родная… Господи… Твою мать… — уселся я на землю, коснувшись её руки, и обнял её, перетянув её с его рук и гладя по голове. — Я так испугался. Так сильно испугался, что потерял тебя. Как ты?!

Я словно слышал бешенный стук своего сердца и видоизменения моего голоса от испытываемого страха.

— Нормально, — дышала она полной грудью и вытирала нос от крови. — Что произошло?

— Не отдавай больше свою магию никому, красавица, — улыбался Джеймс, глядя на мою девушку, и мне хотелось снова набить ему морду. Я ощущал себя совершенно неуравновешенный мудаком. Но вообще не мог ничего поделать. Она как-то влияла на меня.

— Ты вернулся, — дёрнулась она с меня, обнимая его, и в этот самый момент меня совершенно выключило от происходящего. Я ощущал и злость, и ревность, и обиду. Всё в купе. Естественно, я его ненавидел, но злился и на неё. Она готова была отдать за него свою жизнь и чуть бездумно не сделала этого.

— Вернулся, — сказал он, положив её на спину ладонь, и я сразу же изменился в лице.

— Руки! — сказал я очень громко, заставив её вздрогнуть и отодвинуться от него. Она посмотрела на меня и слегка робко, тихо пробормотала мне скупое «извини».

На несколько секунд мы застыли, переглядываясь, но, наконец, услышали голос его отца со стороны.

— Джеймс… Это и вправду ты… Господи, как ты вырос, — сказал он, посмотрев на него, и у парня чуть не случился инфаркт от напряжения.

— Какого чёрта?! Что он здесь делает? — спросил он, уставившись на нас.

— Твой отец не знал о том, что мать отдала тебя. Он не хотел этого, — перебила его Уэнсдей. — Он помог вернуть тебя.

— Это он вам сказал? И вы, наивные, поверили ему? — спросил он, вскинув брови и с жестокостью взглянув на него.

— Но это правда. Рейчел не говорила мне ничего о своих планах на детский дом. Я думал после того случая в школе ты погиб. Все вокруг думали так. Это есть и в газетах, я реально не знал, сын, поверь мне, — настаивал он, пытаясь его убедить.

— И сейчас ты здесь, чтобы я не тронул вас. Не отомстил, верно? Дай угадаю, счастливое воссоединение семейства, — резко отрезал он, с гневом глядя на отца. Так я понял, что наши с ним ситуации и отношения с родителями просто невероятно схожи.

— Джеймс. Не говори так. Я всегда был тебе другом. Я понимаю тебя и как тебе тяжело с этим внутри, — указал он на него рукой.

— Ты, блин, понятия не имеешь, что значит, держать в себе два проклятия. Бороться с хайдом, злиться так, чтобы не выпустить свою магию, куда не следует. Ты не знаешь. Также как и не знала она. Вы всю жизнь лишь осуждали, — сказал он с комом в горле, заставив его задрожать.