– Оп-пять? Но за что, почему?

– Ты для него угроза. – Обратился к остальным. – Вероятно, он убил Клавдию Семёновну специально. Думал, справиться с её внучкой будет намного проще. Неопытная, не смыслящая в волшебстве.

– Но не на ту напал! – внезапно выкрикнула Ася, дрожа всем телом. – Я так легко не сдамся! Мы сейчас разгадаем бабушкину загадку, и он поплатится за всё!

Эль обнял Асю:

– Тише, любимая. Всё будет хорошо. И ты абсолютно права. Раз ловушка пряталась в виде непримечательного листа, значит, Пони знает, понять бабушкину головоломку в силах только ты. Он… боится. – Заглянул в глаза. – Асенька, он тебя боится.

Облегчения эта новость не принесла. Карамелина продолжала дрожать и испуганно озираться по сторонам.

Никто не горел желанием продолжать поиски.

– А сама магия поискать не может? Давай соединим твою и волшебство печати, а? Вдруг, получится? – со слабой надеждой попросила Ася.

– К сожалению, так не бывает. Печать не работает с другой силой. Любая магия только помогает. Она не может выполнять всю работу. Нам не нужно бояться. Никаких резких движений и всё. Мы в безопасности.

– Бесполезная магия, – проворчала Кристина, потирая ушибленный нос. Он не был сломан, но ещё кровил и болел.

Эль ничего не ответил. Когда он только поступил учиться, считал так же. Но позднее осознал: волшебство не панацея, не спасательный круг, не щит от любого зла. Волшебство – это прежде всего осторожность и знания. А затем уже капелька магии.

– Я начну первый, – сказал, видя неуверенность. – Присоединитесь, когда поймёте, что готовы.

Недолго Ася смотрела на любимого. Каждое его прикосновение к предмету отзывалось в ней жгучим страхом.

– Умирать, так вместе, – решила, поднимая «К» – калькулятор.

Сёстры встретились взглядом. Вздохнули, кивнули.

Конечно, никто умирать не спешил, но в глубине души понимал, если пострадает один из них, пока другой будет стоять в сторонке, совесть убьёт быстрее, чем удар магии. Простая истина помогла не попадаться в последующие ловушки и приходить на выручку друг другу.

Через уйму потраченных нервов, сил и времени искатели были вознаграждены. Натренированная, казалось бы, детскими играми Ася, с лёгкостью отметала одни предметы и заостряла внимание на других. Печать бабушки тоже помогала, не так активно, как хотелось Карамелиной, но всё же науськанная Элем, та понимала – магия – не палочка выручалочка. Магия лишь своеобразный пинок в правильном направлении. Магический пинок. Поэтому не сердилась.

В итоге из большого количества возможностей осталось всего шесть: ровно столько, сколько букв было в загадке.

– А что делать с мягким знаком? – недоумевала Кристина после того, как все собрались у кучки предметов.

– Он уже найден, – гордо улыбнулась Ася. – Бабушка всегда переворачивала знак, и таким образом я получала «Р». Чаще всего там скрывалось что-то рычащее.

– Рычащее? – переспросила Мада.

– Да. В детстве это обозначало нечто, издающее громкий противный звук, например, ракета.

Три пары глаз смотрели с удивлением.

– Ненастоящая, конечно, игрушечная. Папа коллекционировал, пока я не подросла и не заняла все его полки своей косметикой. – Голос звучал грустно. – Он сам продал коллекцию. Выручил много денег, но расстроенный потом ходил целую неделю. А рычащее здесь вот это, – указала рукой на овальный предмет, напоминающий обыкновенное, правда, старое зеркало.

– Съюка, – сказал Эль.

– Не ругайся, – нахмурилась Ася.

– Это название.

– Бабушка часто использовала эту штуку для улучшения теста. Шутя, естественно. И рычала, изображая, как зеркало колдует.

– Оно по-настоящему колдует, любимая. Клавдия Семёновна использовала Съюку при поимке воров.

– Ничего себе! А мне бабушка говорила вот что: «Всё и все любят выглядеть хорошо. Тесто не исключение. Поставь зеркало перед тазиком, пусть поговорят. Тесто на себя полюбуется, улучшит вид». Я верила. Мне было лет пять, и я спрашивала, как оно себя может улучшить, а бабушка отвечала, что оно поднимется, представляя себя будущим румяным пирогом. Я только смеялась, но послушно выполняла просьбу. Пока тесто любовалось собой, как же смешно, мы садились пить чай, и бабушка рассказывала разные истории из «Кулинарной страны».