– Откуда? – переспросил Эль.

– «Кулинарная страна» – передача о полезной еде для маленьких, – пояснила Мада. – Я её помню.

Каждое утро слушала, когда мы завтракали.

– Точно! Там рассказывали про ожившие овощи и их приключения, – добавила Кристина.

– Это там, где Горошинка пошла на выставку и влюбилась в Бульон?

– Да, Элечка, я обожала слушать истории в бабушкином исполнении. Она меняла голоса и добавляла таинственности. Получалось захватывающе.

– А я «Страну» ненавидел, потому что терпеть не мог овощи, и никакие сказки изменить отношения к отвратительному гороху не могли.

– Не помню, чтобы ты отказывался от моего супа, – заметила Ася.

– С годами вкусы меняются, любимая. Теперь я всеяден. Но давайте приступим. Неизвестно, как много времени у нас осталось.

Ася отложила зеркало и взяла миску.

– Буква «А» – Английская.

Эль быстро объяснил всё сёстрам.

Карамелина сразу пояснила, опережая логичный вопрос:

– Съюку проверять сейчас нет смысла. Бабушка всегда проводила игру так, чтобы лишь, найдя все предметы по очереди, я получала приз.

– То есть они все должны соприкоснуться? – предположила Кристина. – Или бабушка строго следила за твоими действиями?

– И то, и то.

– Но с виду это обыкновенная миска, – заметила Мада.

– А бабушкина печать среагировала.

– И всё-таки может акрилиус подойдёт больше? – Кристина протянула артефакт в виде блестящего мелкого камушка.

Акрилиус был её излюбленным камнем в институте. С его помощью можно было добавить блеска любому предмету. Но преподаватели, безусловно, делали вид, будто камень нужен исключительно для манипуляций с превращениями. Убеждали, что без него химические формулы не оживут. В тайне от однокурсников и даже сестры Кристина отламывала по кусочку акрилиуса и использовала в украшениях. Серьги с магией не могли не привлечь внимание противоположного пола. Так она думала, но разочаровалась после пятнадцатой попытки.

– А как же бабушкина печать?

Кристина отложила камень.

Ася по совету Эля прошептала заклинание, подышала на миску. После её манипуляций та засветилась слабо, но уверенно, и сама поплыла к подготовленной Элем корзине. Вернее, Ася называла ЭТО корзиной, а на самом деле оно было ЭТО и расшифровывалось, как Эле-Тесский Образ. Карамелина смеялась, а не в честь ли Эля назвали штуковину, но парень уверил, что ЭТО существовало задолго до его рождения. ЭТО изобрёл некий маг для выявления и сопоставления магических волн. ЭТО было многофункциональным инструментом.

– Мудрёная штука! – вспомнила Кристина. За своё недолгое обучение она успела кое-что узнать об ЭТО, и это с трудом укладывалось в голове. Заумные термины, непонятные формулировки никак не желали усваиваться в памяти.

Миска повисла в круге, очерченном магией ЭТО, закрутилась волчком и явила свету проекцию буквы «П».

– Ого-го... – сказала Ася. – Хотя, чему я удивляюсь после всего случившегося?..

– Твоя бабушка хотела, чтобы мы разгадали загадку вместе, – заметил ничуть не шокированный Эль.

– Она знала, твои воспоминания и мои волшебные знания откроют истину.

Ася хмыкнула и наклонилась к следующему предмету.

– «П» – полотенце.

– А я бы спрятала подсказку в металлической пентаграмме, – сказала Кристина. – Полотенце – обычная вещь, а пентаграмма волшебная, необычная и навевает ужас. Ася бы тогда в первую очередь обратила на неё внимание, потому что боится пауков.

Карамелину передёрнуло от одного лишь взгляда на металлическую пластину. По правде говоря, её не только пауки пугали, но и сама пентаграмма. Ещё с детства, насмотревшаяся ужасов Ася, крайне тревожно относилась к подобным мрачным штукам.

– Сестрёнка, а я с тобой не соглашусь. Во-первых, пентаграмму не смогло бы считать ЭТО – не рассчитано оно на подобные вещи, и вам в институте должны были это объяснять. Во-вторых, как раз из-за Асиного страха Клавдия Семёновна скорее всего и не стала использовать пентаграмму.

– Я так же думаю, – высказался Эль. – К тому же пентаграмма, однозначно, заинтересовала бы убийцу, а, это уже было бы плохо.

– Уверена, бабушка специально спрятала буквы в обычных предметах, чтобы найти смогла только я. – Ася вытащила из кармана абрикосовый леденец. – Что-то я разнервничалась. – С укором посмотрела на Кристину. – Зачем ты про пауков сказала? Теперь я только их и вижу.