– Не… может… быть… – прошелестела Мада и грохнулась в обморок.

Кристина успокаивала сестру. Та, едва вернув сознание, разрыдалась. Её с трудом усадили на стул. От рвущих душу слёз, защемило сердце у всех присутствующих. Василий вызвался принести чай с мятой. Кристина решила ему помочь. Ася сидела рядом и как маленькую девочку, гладила модельера по голове, приговаривая: «Любовь зла, но лучше так, чем выйти замуж, а потом узнать правду». Облегчения её слова не принесли. Мада разрыдалась сильнее. Мята, обнаруженная в офисе, – Эль подсказал, что Клавдия Семёновна часто пила с ней чай после закрытия дела, – немного внесла успокоение в разбитое сердце.

Кое-как справившись с эмоциями, Мада откинула голову назад и бездумно уставилась в потолок. Эль вздохнул и решительно вернулся к портрету. Эмоции эмоциями, но убийцу нужно поймать и как можно скорее. Сомнений не оставалось: перед ним был «Пони» или Алексей, Лёша. Присмотревшись, Эль обнаружил мелкие, едва заметные стрелочки, идущие по кругу. Они словно обрисовывали Пони.

Взяв лупу, он приблизился к портрету максимально вплотную, насколько позволяла магия, и принялся дотошно изучать находку. При ближайшем рассмотрении оказалось, что каждая из стрелок имеет на конце букву. Их совершенно хаотичное расположение – они шли не по порядку и не складывались в слова даже какого-то заклинания, – имело определённый смысл и по мнению Эля составляло анаграмму. Он сбегал в кабинет, вырвал из блокнота лист, взял карандаш и, вернувшись, стал записывать.

Мада попросила, чтобы её оставили одну и закрыла лицо руками. Кристина, Ася и хомяк, пропустив череду вздохов, отодвинулись от несчастной. С малым любопытством уставились на Эля.

– Здесь анаграмма, – бросил он через плечо, продолжая составлять слова.

– А там трагедия… – тихо заметила Ася.

– Да, но мы ничем не поможем Маде, если мы будем сидеть, бездействуя. Поймаем мерзавца, и ей станет легче. Смотрите! – развернул записи.

– Убил Лёвкин. Он брат Пончика, – прочла Ася.

– А ты здорово разгадываешь анаграммы, – восхитилась Кристина. – Быстро. У меня никогда не получалось.

– Работай ты у Клавдии Семёновны с моё, и не тому бы научилась.

– Выходит, – задумалась Ася. – Мы знаем фамилию Лёши – это уже что-то. И что он брат какого-то Пончика.

– В зизни не слышал более нелепого имени.

– Думаю, это прозвище, – Эль дорисовал кавычки.

– Мы можем обратиться с этой информацией во французский штаб? – спросила Ася. – Они должны помочь. Это ведь и их дело тоже.

– Можем, но кто первым поймает его неизвестно, – ответил Эль. Перешёл на шёпот. – Значит, делаем так. Ася связывается с французами, Кристина берёт у Мады телефон и пишет с него сообщение Лёвкину, то есть нашему «Пони»: «Почему ты не сказал, что у тебя есть брат? Больше помогать не буду!», ждём реакции.

– Нет! – взволновалась Кристина. Сбавила тон, оглянувшись на поникшую сестру. – Ты хочешь подвергнуть её опасности? Он ведь захочет встретиться или попросту убьёт её ночью!

– Согласна с Кристиной.

– И я того зе мнения.

– Дослушайте меня. Естественно, Лёвкин всполошится. Захочет успокоить Маду, поскольку её помощь ему пока ещё нужна. Я на это надеюсь. Предложит встретиться, а, может, заявится без предупреждения. Кристине надо узнать, было ли у них с Мадой место свиданий. Там мы его и поймаем. Я подготовлю защитное заклинание – никто не пострадает. Волноваться не стоит. Но для начала побеседую с блогершей.

– Зачем? – спросила Ася.

– Во-первых, она могла что-то видеть или слышать. Во-вторых, у таких увлечённых сенсациями девушек, нередко имеется тяга к таинственному. К зомби, например.

– А?

– Она может знать об Ачха или о найденном дереве, Асенька. К тому же, я её раньше здесь не видел. Значит, она из приезжих или живёт здесь недавно. – Обратился к Кристине. – Ничего не слышала о некой Алисе или блоге «Чаространности»?

– Нет.

– Я слышала, – прозвучало тихое от Мады.

Все четверо обернулись. Женщина медленно подошла к ним, всхлипнула:

– Алиса Самойлова учится на дому, приехала сюда к тётке на время, любит яркие вещи, особенно оранжево-розовое сочетание.

На лицах читалось нескрываемое удивление.

– Она покупала у меня один раз платье. Болтливая, эмоциональная.

– Отлично, – улыбнулся Эль. – Такая нам и нужна.