Теперь уже я рассмеялась. Нервно.

– После падения с такой высоты даже бессмертные не выживут.

– Как и после взрыва гранаты. Или после вынесения смертного приговора и заключения на Дне.

– Это другое.

– Разве? – Он встал, и я схватила его за руку, потому что решила, что он сейчас отправится в кабину к пилотам.

– Ладно-ладно, ты бессмертен, я верю!

– Успокойся, Кэс, я никогда не стану подвергать тебя опасности специально. – Ты говорил точно так же, перед тем как признаться, что накачал меня наркотой!– Я только хочу тебе кое-что показать.

– Я сама посмотрю. Идёт? – Я встала и направилась к его сумке. – Это «кое-что» здесь? Тебе подать её? – Я взялась за ручки, но не смогла оторвать её от пола. – Давай я лучше просто достану…

Арчи подошёл и поднял сумку одной рукой, возвращаясь к креслам. И после этого я стала смотреть на него по-другому. До меня дошло: он больше не инвалид, с которым я прощалась в лечебнице. Я так старалась запечатлеть его образ напоследок, что в моей памяти он таким навечно и остался: покалеченным, беспомощным, одиноким… И с каждым днём в моём представлении он становился лишь слабее, пока в итоге совсем не исчез из этого мира.

На самом деле?

Он стал мужчиной. Сильным, влиятельным и чертовски опасным.

Присев перед сумкой, Арчи расстегнул её и достал маску.

– Ты сохранил её?! Я оставила её в госпитале, думала, её выкинет персонал. Это же просто дешёвое барахло.

– Самая дорогая вещь в этой сумке, - сказал Арчи, после чего поддел пальцем цепочку на шее, вытаскивая из-под рубашки пулемётный патрон. – А это - самая дорогая вещь на мне.

Ага, сразу после шнурков на твоих ботинках.

– Опасно разгуливать с такой штукой, знаешь ли. А если кто увидит?
– пробормотала я, и тогда Арчи достал из сумки пистолет. Тот самый, который однажды наставил на меня. – Ты какого чёрта?!. – Выхватив оружие из его рук, я сунула его обратно в сумку, после чего воровато огляделась. – Кулоны из пуль – сентиментально и очень мило, но это уже – статья. Ты такой… Тебе даже сейчас не хватает острых ощущений, да? У тебя же есть всё! Ради чего ты этим всем рискуешь?! Боже…

Я упала назад в кресло, закрывая лицо руками.

– Кэс, ты что, так и не поняла? Всё у меня появилось, только после того, как я признал Его. – Арчи подобрался ближе и встал на колени. – Для меня вообще не важен человеческий закон. Знаешь, сколько раз я его нарушал? Если делаешь это в Его честь, это не преступление, а ритуал. Ты - Его жрец, поэтому твои ритуалы красивые и тихие, а я – Его солдат. Мои ритуалы жестокие и кровавые. Рассказать, как всё было? Когда я прикончил санитара, появился человек из Рэмиры с предложением вернуться в семью…

Он положил мне голову на колени, и я застыла, боясь даже вздохнуть… Это сбивало с толку: такой детский жест, полный тревоги и беззащитности, и разговоры о кровавых ритуалах.

– Я был просто калекой, не только снаружи, но и внутри. Моё сердце было разбито. Я бы действительно с собой покончил, если бы не верил... И это сработало. Он вернул мне всё, что забрал, но только после того, как я прочувствовал тяжесть своего греха до конца и раскаялся как положено. Я стал богатым… ещё богаче, чем раньше. Сильным… намного более сильным, чем до этого. Я понял, что для Него нет ничего невозможного. Вопрос лишь в том, что я готов сделать ради того, чтобы получить желаемое, и угодно ли это Ему. А я готов был идти на любые жертвы, чтобы вернуть тебя. Я молился. Я убивал… А дед думал, что я стараюсь выслужиться перед семьей, доказать, что я – истинный потомок Рэмиры. И так оно и есть: я умею мёртвых воскрешать. – Арчи посмотрел на меня. – Я спас тебя, Кэс. Это был я. Не бионик. Он просто очередное оружие. Твоё оружие, с этим я не спорю… Я знаю, что всё оружие на свете принадлежит тебе.

Ох ё…

Похоже, наркотик он подмешал не только мне.

Но кроме шуток: продемонстрировав свою физическую полноценность, Арчи тут же вывернул передо мной искалеченную душу. И вот в этом его увечье я уже не могла винить никого кроме себя.

Это так нелепо, боже! Я столько времени пыталась обратить его в свою веру, а он всё просил меня повзрослеть. Оказывается, повзрослеть нужно было именно ему, чтобы поверить. А ведь он так сопротивлялся. Пытался меня образумить. Поначалу спокойно увещевал, но всегда срывался на крик. Называл чокнутой. Хотел убить пару раз.

Ну вот, чёрт, теперь уже я чувствовала себя так, будто изнасиловала его. И все оправдания звучали бы нелепо, ведь мне следовало радоваться. Я добилась своего.

Поэтому я спросила только:

– Где он?

– Кто?

– Мой бионик.

– Не знаю. Честно, без понятия. Когда я ушёл из клуба, там вечеринка была в самом разгаре.

– Но у тебя же есть телефон?

– Я отключил его.

– Так включи.

– Нет.

– Моё личное оружие, Арчи. Я не могу без него.