Вот чёртовы предательницы.

– Вот по-настоящему верные друзья, - интерпретировал это на свой лад ведущий. – Такую красоту, в самом деле, нельзя прятать. Самый сексуальный шрам на губе, какой я только видел. Готов спорить, того, кто посмел его оставить, уже нет в живых.

Он протянул микрофон мне, а я уставилась под ноги. Кровь… в тот раз на Побережье тоже было столько крови…

Я взяла микрофон, как если бы с его помощью могла докричаться до того света.

– Его уже нет в живых, да. Из-за меня, точно. Это я… я убила его. Его тоже звали Арчи… - Я указала на парня, который перемахнул через прозрачное ограждение, не собираясь тратить время на лестницу. – Это кажется немыслимым, что кого-то могут звать так же. Но правильным, если это имя судьи, плевать – в конкурсе красоты или уголовном процессе. Никому кроме него не позволено обвинять меня, потому что только перед ним я виновата, и если я заслуживала смерти, то только потому, что он тоже мёртв. – Он быстро приближался. Черты его лица становились такими знакомыми. Это был Арчи, и в то же время не он – высокий, крепкий, мужественный. На своих двоих. – Я не хотела тебя убивать. Сидя на Дне я постоянно о тебе думала, но почему ты начал мне сниться именно сейчас? Неужели своим побегом я провинилась перед тобой сильнее, чем тем, что довела до психушки?

Мур оказался прав насчёт комплекса вины. И исправлять эту проблему эротическими бандажами и алкоголем было всё равно что тушить пожар бензином. Ему не нравились мои сны? Он бы заценил эту зрительную-слуховую-осязаемую галлюцинацию.

Оказавшись настолько близко, что мне пришлось запрокинуть голову, Арчи наклонился и… укусил меня за нижнюю губу. Вобрал её в рот и нежно пососал. Провёл языком по шраму. А потом глубоко поцеловал, сгребая в объятья.

Микрофон выпал из моей руки.

– Ого! – воскликнул ведущий. – Кажется, он уже определил победительницу.

– Я люблю тебя, - прошептал парень, отклоняясь. – Люблю, Кэс. Я поклялся, что скажу тебе это первым делом, когда встречу. Я собирался признаться тебе давным-давно, но каждый раз боялся, что ты отошьёшь меня. Я был слабаком и трусом, но теперь я ничего не боюсь. Всё самое страшное я уже пережил… И, боже, твой шрам действительно самый сексуальный.

Он снова впился в мои обожжённые алкоголем губы, прижимая к себе, крепко, до боли, будто всё ещё не мог поверить…

Арчи?!

– Эй, она, между прочим, помолвлена! – крикнула Джил.

– А говорила, что они с ним не ладят, – добавил её муж.

Вряд ли на него подействовало недовольство гостей и конкурсанток, но в следующую секунду Арчи отскочил от меня. А перед моими глазами застыло остриё разделочного ножа, который сжимал Мур. Его рука замерла, остановленная куда более чудовищным усилием, чем то, которое он вложил в удар.

Я сообразила, что произошло только через пару секунд, и шарахнулась назад, как будто в этом ещё была необходимость: уходить с линии огня.

Так странно… мне не грозила опасность, и, тем не менее, Мур вмешался. И сделал это с большей охотой, чем если бы мне попросту угрожали.

– Ты, кажется, переоценил свои привилегии в этом конкурсе, мудила, - проговорил он, глядя мне за спину.

– Обалдеть, Кэс. В первую нашу встречу у тебя был неисправный пистолет, а теперь Он одарил тебя биоником, - сказал Арчи, и я обернулась на его голос. Это, в самом деле, был его голос… – На меньшее жрец и не смеет рассчитывать, да?

– Да что вы тут, нахрен, устроили? – крикнула хозяйка торжества, но, серьёзно, это хотела знать не только она. – Объяснись немедленно, Арчи!

– Арчи, - повторила я, приближайся на шаг. И ещё один. – Арчи… ты?

Мур схватил меня за шиворот и потянул назад.

– Это личное, - ответил громко парень, не отводя от меня взгляда. – Иди ко мне, Кэс.

– Нет, это невозможно… - забормотала я. – Ты мёртв, я знаю.

– Так и есть, на бумаге. Я якобы с собой покончил. Но на самом деле сдох там только тот жирдяй-санитар. Я убил его, Кэс, и всё изменилось. Это была моя жертва, понимаешь? Только ты и можешь меня понять.

– Ноги… тебе же оторвало их!

– Он вернул мне всё, да ещё с процентами. – Безумно улыбаясь Арчи продемонстрировал шипастое кольцо на правой руке.

– Нет… такого быть не может… Хочешь сказать, они заново отросли?!

– Если ты мне не веришь, я с удовольствием сниму штаны. Только когда мы останемся наедине, идёт?

– Прикажи убить его, - зашептал мне на ухо Мур. – Этот ублюдок лжёт.

– Нет, это, действительно, Арчи.

– Значит, он лгал до этого.

– Он жив, понимаешь? – повторяла я ошеломлённо.