Шрифт:
БАСОВ И ЗОЯ
(ВТОРОЙ АКТ ПЬЕСЫ)
БАСОВ.
– Ну, все!
Теперь конец!
Теперь терпеть не буду!
Теперь - я не дурак!
ЗОЯ.
– Молчи!
БАСОВ.- Теперь конец!
Теперь я не дурак!
Теперь терпеть не буду!
Был круглым дураком!
ЗОЯ.- Молчи!
БАСОВ.
– Терпел всю жизнь!
Теперь я - не дурак!
Терпеть?
Теперь не буду!
Теперь - я не дурак!
Теперь...
ЗОЯ.
– Молчи, говно!
Глава LX. Иоанн Грозный убивает своего сына
*
– Мысленно обнимаю вас, друзья, - говорил Суер, растроганно благодаря актеров.
– Мысленно посылаю вам море цветов. Меня поражает, как правильно мы назвали остров. Вижу, ясно вижу очень много высокой нра... на ваших берегах. А теперь сыграйте нам последнюю пьесу, и пусть это будет про Ивана Грозного. Нам известно, что эта великая вещь, не испорченная Шекспиром, имеется у вас в репертуаре. Сыграйте же, а мы незаметно отплывем, не прощаясь, по-английски...
ИОАНН ГРОЗНЫЙ УБИВАЕТ СВОЕГО СЫНА
ТРАГЕДИЯ
(Сцена представляет собой интерьер знаменитой картины Ильи Ефимовича Репина. СЫН сидит на ковре, играет. Врывается
ИОАНН ГРОЗНЫЙ. Он быстр в бледном гневе).
СЫН.
– Отец! Что с вами?
ИОАНН.
– На колени!
СЫН.
– За что?
Ну ладно.
Вот.
Стою.
ИОАНН.
– Подлец!
СЫН.
– К чему такие пени?
ИОАНН.
– Ты обесчестил честь мою!
СЫН.
– Отец!
Не надо жезла трогать!
Не троньте жезл!
Пускай стоит!
Зачем вам жезл?
Ведь даже ноготь
Десницы царской устрашит!
Как нынче грозны ваши очи.
Слепит сиянье царских глаз.
Оставьте жезл, отец!
ИОАНН.
– Короче!
Меня ты предал!
СЫН.
– Предал? Аз?
ИОАНН.
– Ты продал душу супостату!
Стал отвратительным козлом!
СЫН.
– Оставьте жезл!
Прошу вас, тату!
Отец!
Не балуйте жезлом!
ИОАНН.
– Ты без ножа меня зарезал!
Засранец!
СЫН.
– Батя!
Бросьте жезл!
ИОАНН.
– Не брошу!
Понял???
СЫН.
– Батя!
Бросьте!
ИОАНН.
– Ты строил козни мне назло!
СЫН.
– Отец! Неловко!
В доме - гости...
ИОАНН.
– Засранец!
СЫН.
– Батя!
Брось жезло!..
КРОВЬ
ЗАНАВЕСЬ
Глава LXI. Остров, обозначенный на карте
– Вы знаете, капитан!
– воскликнул однажды утром лоцман Кацман.
– Мы совсем неподалеку от острова, обозначенного на карте! Всего каких-нибудь десяток морских миль. Может, заглянем, а? А то мы все время открываем острова необозначенные, можно ведь и на обозначенный иногда поглядеть.
– Вообще-то здравая мысль, - согласился сэр Суер-Выер.
– А как он называется?
– Что?
– спросил Кацман.
– Остров как называется?
– Понимаете, сэр, остров-то на карте виден, а вот название заляпано.
– Чем еще, черт возьми, заляпано?
– Хреновым, скорей всего. Не карта, а лошадь в яблоках.
– Не знаю, - сказал Суер, - стоит ли заглядывать на этот остров. На карте он обозначен, а название - неизвестно.
– Да вы не беспокойтесь насчет названия, сэр, - сказал Кацман.
– Мы ведь только на остров глянем - враз догадаемся, как он называется.
– Ну ладно, заглянем на этот остров, - сказал Суер.
– Посмотрим, стоило ли, в сущности, его на карте обозначать. Сколько там до него, лоцман?
– Теперь уж всего два лье, сэр.
– Это недалеко. Возьмите льевей, старпом!
– Льево руля!
– крикнул Стархомыч.
– Не понимаю, в чем дело, - сказал капитан.
– Заснул, что ли, впередсмотрящий? Остров давно должен быть виден.
– Ящиков!
– гаркнул боцман.
– Спишь, сучья лапа?
– Никак нет, господин боцман. Смотрю!
– А чего ж не орешь: "Земля! Земля!"?
– Не вижу!
– А ты протри очко, кобылий хрящ!
– Да вы сами посмотрите, - обиделся впередсмотрящий.
– Не видать же ничего.
Мы посмотрели вперед, но, как и Ящиков, земли нигде не заметили. Болталась на воде деревянная посудина, в которой сидели два каких-то морских хвоща.
– Где же остров?
– удивлялся лоцман.
– Долгота и широта совпадают, а острова нет!
– Эй, на лодке!
– крикнул в мегафон старпом.
– Где тут у вас остров?