– Значит, все, что ты говорил раньше, было ложью? Почему ты врал? – Ворат забеспокоился, услышав, что помощь не придет.

На лице Колданна было написано холодное презрение вперемешку с равнодушием.

– Разве это я беспокоился, что в столице наступит хаос и среди населения начнётся паника и анархические лозунги? Если бы я сказал, что никто с острова в качестве подкрепления не прибудет, то разве не весь город был бы уже давным-давно в беспорядках?

– О боже! – старик почувствовал головокружение и схватился за виски. – Неужели небеса хотят, чтобы моя империя исчезла с лица земли?

– Не волнуйся, ничего не случится.

– Ничего не случится?! Мы позволили императору просить перемирия и в результате его казнили! Генерал тоже погиб. Теперь Дарданская империя на краю гибели. Ты все еще говоришь, что ничего не произойдет? Как ты можешь позволить мне быть уверенным?

Шумность старика и его обвинения раздражали Колданна. Он подошел и закрыл старику рот рукой.

– Если ты хочешь позволить всему дворцу узнать, что подмоги не будет, можешь и дальше орать. Пусть дворец будет в огне, а столица в хаосе. Ты хочешь умереть, но я не хочу! В этом Арроне Астигаре нечего бояться. Дай мне людей, и я лично поведу солдат.

Когда Колданн произнес это, сердце Вората немного успокоилось. Так или иначе, он был главным жрецом острова и тоже был на многое способен. Старику не оставалось иного выбора, кроме как согласиться на просьбу-приказ мужчины.

«Хитрость»

Хоть Ворат и согласился предоставить в командование Колданна солдат, но формально таких полномочий у него не было.

На следующее утро, после того как слуга сообщил старику о том, что новоиспеченный император наконец проснулся, тот поспешил на аудиенцию к своему бывшему ученику.

Вопреки ожиданиям Вората Теоран в просьбе послать войска отказал.

– Этот мужчина довольно хитер. Пока не прибудет обещанная им помощь, я запрещаю ему покидать дворец. Нет. Я запрещаю ему покидать его покои!

Теоран был ослеплен властью. Но слепцом он не был. Ворат не знал плакать ему или смеяться из-за того, каким стал его ученик после того, как занял престол. В том, что его величество стал подозрительным и лицемерным, были и его следы влияния.

– Но ваше величество…- хотел было опротестовать решение Теорана старик, но был остановлен движением руки.

– Однако, принимая во внимание все сказанное, я пошлю армию численностью десять тысяч человек. Они должны задержать продвижение противника до прибытия мастеров с острова Космин.

При упоминании острова лицо Вората выглядело так, словно он съел лимон, но император горящим взором смотрел на танец девушек из гарема и за исключением короткого взгляда, когда его учитель вошел в комнату, больше на него внимания не обращал.

Когда запыхавшийся Ворат наведался в покои жреца, солнце уже опускалось за линию горизонта. Он весь день пытался убедить упрямого ученика, но тщетно. О том, что никакой помощи не прибудет Ворат говорить при остальных присутствующих дворянах, составляющих компанию молодому императору, не стал, а слушать его наедине Теоран отказался.

Гневу старика было некуда вылиться. Если раньше, когда ученик был еще обычным учеником, а не императором, он мог его поругать и наказать, то сейчас Ворат осознал, что никакой власти у него над юношей нет. В попытке провести ученика он сам оказался обманутым. Им воспользовались, Теорану не пришлось даже особо напрягаться, чтобы заполучить трон. Ворат сделал все за него.

Сейчас старик проклинал про себя некогда любимого протеже.

– Нехорошо, - сказал Колданн, когда услышал доклад старика.

Тот вытер пот со лба и переспросил:

– Нехорошо? Что вы имеете в виду?

– Я боюсь, что эти десять тысяч солдат исчезнут навсегда. Жаль. Пустая трата ресурсов.

О чем говорил жрец стало понятно через две недели, когда во дворец прибыл гонец с отчетом о боевом сражении и передал его императору.

После прочтения руки Теорана задрожали и свиток выскользнул, с звенящим звуком прокатившись по полу. Колданн протянул руку и поднял свиток.

Содержание боевого отчета сделало слова Колданна правдой. Десятитысячное войско исчезло бесследно. Очередному генералу отрубили голову. Увидев имя Аррона Астигара жрец сжал руку в кулак. Опять он.

– Что делать? Что делать, а?! – плакал в панике Теоран. Лицо его побледнело и глаза метались по тронному залу словно у сумасшедшего. – Он идет! Он приближается к столице! Я не хочу умирать! Я еще слишком молод, чтобы умирать!

Ворат тоже занервничал. Но что он мог сделать? Старик встревоженно смотрел на своего императора и затем встретился взглядом с Колданном. Черные глаза жреца горели таким гневом и ненавистью, что Ворат непроизвольно вздрогнул и сделал шаг назад.

– Слуги! Слуги! – позвал император.