— Нет. Я…

— Она пойдёт, — раздаётся голос Стана у меня за спиной, и я вздрагиваю.

Я даже не слышала, как он вошёл. Но друг выглядит мрачным. — Она пойдёт.

— Ты не можешь решать за меня. Я…

— Ты пойдёшь, Русo, — Стан подходит ко мне и берёт меня за руку. — Ты пойдёшь с ним. Он спрячет тебя на какое-то время, я найду вас позже. Я не знаю, какой план у врагов, Русo, но ключевое звено это ты. Пока тебя нет, они не смогут возглавлять вампиров. Они встретят сопротивление. Я уже связался с оборотнями от твоего имени и попросил их о помощи. Думаю, что они помогут. Но ты должна уйти вместе с ним.

— Это мой клан. И я не стану прятаться, как трусиха. Нет. Я…

Стан резко хватает меня и блокирует моё тело. Он вылетает вместе со мной из комнаты.

— Ты что творишь? — выкрикиваю я.

— Иди на запах свежей травы и почувствуй свет. Так она говорила. Обратись к своим инстинктам, — произносит Томaс и бежит вперёд.

Стан несёт меня, он ускоряется и обгоняет Томaса, оставляя его позади нас.

— Отпусти меня! Стан! Ты не можешь! — Я беспомощно кручусь в его руках, но всё бесполезно. Свежий воздух врывается в мои лёгкие. Я задыхаюсь от возмущения, когда Стан ставит меня на ноги. Злясь, бью его в грудь.

— Что ты творишь? — выкрикиваю я.

— Спасаю тебя. Ты для меня самое дорогое, Русo. И я не могу позволить, чтобы тебе кто-то навредил, — Стан обхватывает моё лицо, вглядываясь в мои глаза. — Ты должна выслушать меня, Русo. Я не знаю, сколько предателей нас окружает. Не знаю, кто именно предал нас. И я не уверен в том, что наша система безопасности сработает, когда на нас нападут. Да, ты хороший воин, но ты не вампир. Ты погибнешь, если будешь находиться там. Потом я всё объясню отцу. Но ты будешь в безопасности. Я обещал защищать тебя собственной жизнью и сделаю это. Ты Монтеану.

— Господи, какая чушь, Стан! — Я вырываюсь из его рук и отхожу, когда замечаю бегущего к нам Томaса. — Это чушь! Я не так значима, как ты или любой другой вампир! Я вернусь туда и буду сражаться. Плевать, есть у меня сила или нет! Я королева и должна быть там!

— Прости, Русo, но не тебе решать. Держи её.

Томaс грубо обхватывает меня за талию и прижимает к себе.

— Стан, нет… — шепчу я. — Нет. Ты не можешь бросить меня.

— Позаботься о ней, пастор. Она лучше, чем хочет казаться. Она заслуживает счастья. И не знаю, почему ты такой идиот, раз не любишь её, как люблю я. Но если не получится, и ты не почувствуешь к ней то же самое, то я заберу её и не отдам. Спаси её…

Резко над головой проносится вой, и моя кровь стынет в жилах. Только этого ещё не хватало.

— Оборотни, — пищу я. — Это оборотни.

— Это не наши. Наши никогда бы не стали выть среди бела дня. Они разумные существа, а эти… — голос Стана обрывает ещё один поток завывания, а затем я слышу изумлённый вздох Томaса.

— Господи! — выкрикивает Стан, глядя на замок.

Полчища грязных и вонючих оборотней со всех сторон облепили его. До нас не доносится звук разбитого стекла или другие звуки нападения, но зато я отчётливо слышу выстрелы. Быструю и чёткую очередь выстрелов.

— Они внутри. Отпусти меня, Томaс! Там Ромa! Там вампиры! Отпусти! Они в сговоре с низшими оборотнями! Отпусти! — визжу я.

— Держи её. Держи, пока я не уйду. Когда-нибудь мы всё равно встретимся, Русo. Я всегда буду любить тебя. Ты моя семья, — Стан дарит мне мягкую улыбку, и я кричу во всё горло.

— Нет! Стан! Нет! — Я брыкаюсь и выгибаюсь в руках Томaса, наблюдая за тем, как Стан молниеносно залетает обратно в тоннель. Я кричу и плачу одновременно. Моё сердце разрывается от боли. Я бью Томaса ладонями и кулаками, а он уносит меня прочь.

— Нет! Стан! Вернись! Стан! — мой вопль тонет в вое оборотней, словно окруживших нас. Но я плачу, понимая, что мой друг никогда не вернётся. Это просто самоубийство. То, что я сделала, это самоубийство. Мы бы не выиграли при таком раскладе.

Стан…

Мои ноги подкашиваются, когда я чувствую землю. Опускаясь на колени, я закрываю лицо руками и горько плачу. Только не Стан. Только не он. Это невыносимо больно осознавать, что он умрёт из-за меня и моего бессилия. Меня словно разрывает внутри на части. Я скулю и кричу, чтобы хоть как-то выплеснуть то отчаяние, сотрясающее моё тело.

— Флорина, надо быть тише. Они могут услышать нас, — шепчет Томaс.

Я вскидываю голову и подскакиваю на ноги.

— Мы ушли достаточно далеко, но я чувствую их. Их много. Они очень близко, вероятно, они…

Замахнувшись, я бью Томaса ладонью по щеке, и её опаляет огнём боли, а его голова дёргается. Ярость сразу же прорывается в нём, и он обращается, хватая меня за горло.

— Ублюдок, как ты мог? Ты отправил его на верную смерть! — хриплю я. — Как ты мог?

— Не смей нападать на меня, Флорина. Я сделал то, что он хотел, — рявкает Томaс, отпуская меня.