— Прими любовь внутри себя, Русo. Будет больно, вероятно, она разрушит тебя, но она всегда найдёт для тебя причину встать и бороться, — летят в спину слова Ромa.

Я вылетаю из архива и быстро поднимаюсь по лестнице. Любовь делает нас слабыми. Мне не нужна любовь, я и так натворила дел похлеще. Я уже стала бесполезной, и никакая любовь меня не спасёт.

Буквально добежав до своей спальни, я врываюсь в комнату и пролетаю мимо всё ещё спорящих Томaса и Стана.

— Русo?

— Флорина?

Успеваю лишь наклониться над унитазом, как меня рвёт кровью. Дрожащими пальцами, я сжимаю ободок унитаза, брызги разлетаются во все стороны. Моё горло дерёт, когда я со стоном опускаю голову.

— Русo?

— Флорина, что случилось?

Меня бережно переворачивают. Стан и Томaс оказываются рядом, один вытирает кровь с моих губ, другой быстро смывает доказательства моей болезни.

— Тебя давно не рвало кровью. Что случилось? — настойчиво повторяет Томaс, подхватывая меня на руки. Он относит меня на кровать, и я прикрываю глаза.

Боже, как болят горло и желудок.

— Ох, чёрт, это кровь, да? — хмурится Стан, опускаясь рядом со мной на кровать.

Я киваю. Томaс наливает из кувшина воду в бокал и протягивает его мне.

— Что за кровь? Что случилось? — злобно повышает голос Томaс.

— Это тебя не касается, пастор. Есть вещи, которые тебе запрещено знать. Ты не в нашем клане. И, вообще, ты человек, — шипит Стан.

— Прекрати. Запреты давно уже сняты, — я умоляюще смотрю на друга, чтобы он перестал сопротивляться и не ругался. — Чтобы призвать кого-то из моего клана или тех, кто поклялся в верности, нужно принять их кровь. Немного. Я решила попробовать, и вот результат. Я бесполезный кусок дерьма.

Злобно ударяю по кровати кулаком.

— Это нечестно. Я хочу вернуть свои силы обратно, но их нет. Когда они были мне не нужны, то, пожалуйста, сколько угодно. А когда я в них нуждаюсь, то ничего нет. Я просто жалкая, — яростно шиплю.

— Ты не жалкая, Русo. Ты просто болеешь. Но ты ещё жива, значит, не всё потеряно.

— Ты постоянно говоришь об этом, Стан, но это не помогает. Посмотри, что я наделала. Я должна быть королевой, а я? Я плюнула на всё, утонула в своей вине и стыде, а теперь всё разваливается на части. Я разваливаюсь на части. Я должна немедленно найти преемника, чтобы он был достоин звания короля. И это будет мужчина.

Томaс отодвигается, но я лишь фыркаю.

— Русo, ты не сможешь. Есть законы…

— Я их знаю. Королём может стать тот, кто женится на мне. Тогда он официально во время церемонии сможет разделить со мной ответственность и иметь доступ к моему народу, который автоматически станет подчиняться и ему. Если я проведу полноценный ритуал связи, обменяюсь кровью с избранником, представлю его народу и завершу ритуал священным обетом, то он сможет спасти всех и найти вампиров, которые могут быть ещё живы. Там семьи, Стан. Семьи… дети, — мой голос садится от горечи.

— Я понимаю, что ты расстроена, но это не повод, чтобы делать такие неразумные заявления. Ты же осознаёшь, что разводов у нас нет, а если ты всё же… ну, встретишь другого, встретишь свою любовь? — Стан бросает на Томaса полный отвращения взгляд.

— Не важно. Порой нужно рисковать, — усмехаюсь я.

— Но он человек. Он не вампир, и обратить ты его не можешь. Как ты проведёшь ритуал, если не обращаешься? Ты…

— Я ещё здесь и отказываюсь. Я не собираюсь участвовать в этом, — рявкает Томaс.

— А тебя никто не просит, — цокаю я и встаю с кровати.

Томaс озадаченно смотрит на меня, как и Стан.

— Так, это уже интересно. Есть ещё кто-то, кого ты соблазнила? Пастор не единственный?

Кажется, это доставляет удовольствие Стану, а вот Томaс сжимает кулак, желая врезать ему.

— Не соблазняла, но я знаю, кто сможет стать достойным правителем. Ты, Стан.

— Что?

— Ты рехнулась? Он твой кузен! Это чёртов инцест! Я против!

— Тебя никто не спрашивает, Томaс, — цежу я сквозь стиснутые зубы.

Ведь это мог быть он, если бы согласился защищать вампиров. Но я принимаю отказ Томaса, выбора у меня нет.

— Русo, я…

— Он не будет правителем. Он чёртов придурок, у него нет опыта!

— Тебе откуда знать? Ты ничего о нём не знаешь, за тебя говорит твоя неприязнь к нему, вот и всё. Я считаю это разумным и верным в данной ситуации. Мы сможем провести обряд сегодня же, сейчас. Ничего. Мне не нужны платье и свадьба. Мне нужно защитить свой народ. Стан, ты женишься на мне?

— Это инцест! — возмущается Томaс.