— ….со мной, да. Нормально все, я позабочусь о ней, — услышала я и подняла голову. Мужчина прервал соединение и осторожно положил телефон на диван.

— Вика, не плачь, — ледяная ладонь легла на мою щеку, — я прошу, не плачь опять из-за меня….

Кажется, он все время повторял именно это. Прервавшись только для того, чтоб ответить на звонок, ускользнувший от моего внимания. И вдруг его губы нашли мои. Вжались в них и должны бы окончательно перекрыть остатки воздуха, ведь я дышала ртом. Но вместо этого наполнили меня им — таким жарким и прохладным одновременно. Со вкусом мяты и лимона и с его вкусом. Тем, по которому исстрадалось все мое существо. Реальность съежилась до его рук и губ, запаха, тепла… О, пусть бы так и оставалось. Пусть бы в целом мире остались только мы!

Взяв на руки, Артем отнес меня в спальню. Грохнула дверь. Мы почти упали на прохладные простыни. Не разрывая поцелуя, ударяясь зубами, переплетаясь языками, дыша друг-другом.

Подмяв меня под себя, Артем одним рывком разорвал тонкую ткань моей ночнушки. Жадные, горячие ладони сжали грудь, провели по талии к бедрам. Наткнулись на тонкое кружево белья и нетерпеливо порвали и его.

Я забралась руками под футболку, к коже. Жадно водила по спине, сминая твердые, как камень мышцы.

Артем сдернул ее с себя и с хриплым стоном вновь приник к моим губам. Скользнул языком в рот с таким голодом, будто прошла не секунда, а вечность. Как и для меня…

Горячая ладонь накрыла промежность. Пальцы скользнули между успевших насквозь промокнуть губок. Обвели вход и толчком проникли внутрь, выбив из груди стон.

Стал резко двигать ими там, а большим нашел пульсирующий клитор. Надавил, обвел по кругу…

— Артем…, - ахнула, вцепившись в его плечи.

Дрожа от желания и нетерпения. Истосковавшееся, исстрадавшееся по этому мужчине тело, плавилось от желания ощутить его внутри.

Приспустив штаны вместе с боксерами, Артем высвободил член. Широко раздвинув мне ноги, еще раз провел рукой по налившимся губкам. Навалился сверху, опершись на локти. И одним мощным толчком погрузился в меня на всю длину. Помедлил, давая привыкнуть к размеру.

Как раньше, как тогда, давным-давно.

Я повела бедрами, оплела ногами его за талию, притягивая ближе. Еще ближе, еще…

??????????????????????????Горячая ладонь сжала томительно ноющую в жажде касаний грудь. Губы обхватили горошинку соска. Горячий язык обвел ее по кругу.

Обхватив ладонями его лицо, потянула к своему. Нашла губы. Прикусила нижнюю, втянула в свой рот под рычащий стон.

Вновь толкнулся внутри. И вновь. Медленно, мучительно медленно. Хрипло зарычал, теряя контроль и стал двигаться в нарастающем ритме.

Вихрь внизу живота закручивался в тугую горячую спираль. Реальность исчезала, растворялась в охватившем нас урагане желания.

Оргазм взорвался внутри. Будто сквозь вату услышала собственный крик. С хриплым рыком, Артем вошел до самого конца, вдавив меня собой в матрац. Член неистово запульсировал внутри, будто растягивая охватившее меня наслаждение…

Я проснулась от звука собственного пульса в ушах не успев досмотреть, к счастью, какой-то жуткий сон. Чем именно он страшен уже не вспомнить, но в том, что был именно таким я не сомневалась. Тяжелые веки не желали подниматься, будто налитая свинцом голова болезненно пульсировала и секунду я не понимала, где нахожусь. А потом Артем прижал меня к себе еще крепче и чувства вернулись. Тепло его тела, на котором я лежала почти полностью, окутавший меня запах — теплый и родной, тихий шелест медленного и глубокого дыхания крепко спящего Артема.

Воспоминания тоже вернулись и снежной лавиной обрушились на плечи. И так воспаленные глаза защипало, я закусила губу. Потом принялась осторожно выползать из рук мужчины. Не смотря на невесть откуда взявшуюся слабость у меня вышло выбраться так, чтоб его не разбудить.

На носочках пройдя в ванную я едва не ахнула узрев в зеркале растрепанную девицу с опухшим от слез лицом. С этим жалким видом не вязались лишь глаза — те сияли из-под отекших и покрасневших век. Светились от счастья — невозможного, учитывая все случившееся.

Я залезла в душевую кабинку и сделала воду еле теплой. Возникшая было дрожь очень быстро сменилась неким подобием бодрости. Несколько раз сменив температуру воды с прохладной на теплую, я вымыла голову. Потом вытерлась и высушила ее феном, выглядящим так, будто им никогда не пользовались. Мелькнула мысль, бывали ли здесь женщины. Вполне возможно, и что с того?

Еще несколько раз умывшись холодной водой я решилась оценить результат. Он казался важным настолько, будто бы сумев стереть с лица последствия слез можно стереть из жизни их причины. Что ж, с укладкой, которую я делала с помощью пальцев почти на автомате и уже не такими красными и опухшими веками я выглядела чуть лучше. Жаль только…

Оборвав невеселые мысли, я завернулась в полотенце и покинула ванну. Внезапно из спальни донесся жуткий, нечеловеческий вой, а следом за ним звуки ударов в стену. Я со всех ног бросилась туда. Артем стоял спиной ко мне, упершись лбом и правой рукой в стену, а левой схватившись за поясницу. По позвоночнику над его ладонью ужасным напоминанием о пережитом змеился грубый шрам со следами скоб по краям. Я застыла, неспособная отвести взгляд. Когда Артем повернулся ко мне, увидела еще один на правом бедре.