— Тебе Тарас не сказал, да?

— Мне сказали ехать домой и сидеть тут, пока другой приказ не последует. Никаких подробностей.

Я медленно ползу вдоль стены, выходя к ним.

— Здравствуйте…

— Глеб, это Роза. Девушка Тараса. Она побудет у нас, пока он какие-то проблемы решает.

— У Шипа есть девушка? — шепотом спрашивает у Оли. — Я думал, что он только работать может.

— Глеб! — пихает его локтём в бок.

— Я шучу, — протягивает мне руку. — Раз знакомству.

— Я тоже, — пожимаю крепкую мужскую ладонь.

А муж у Оли — красавчик с пухлыми губами. Они очень подходят друг другу. Видно, что любят. Я тоже так хочу.

Выйдя из подъезда, внимательно осматриваюсь. Двор пустой. Но уже темно и хрен знает, кто может стоять там, куда свет не падает. Проебешь вспышку, и ты труп.

Подъезжает черный микроавтобус. На автомате снимаю с предохранителя пистолет в кармане. Если начнут палить, то у меня будет хоть какое-то преимущество в виде нескольких секунд.

— Товарищ капитан, — открывает водительскую дверь Соболев. — Прыгайте! — кивает назад.

Фух!

Сажусь в салон. Там ещё пара ребят в балаклавах и с автоматами.

Выразительно приподнимаю бровь.

— Ваш брат сказал, чтобы были при полном боекомплекте, — отвечает один из ребят, пиная сумку у ног.

Открываю молнию. Там ещё штука четыре калаша.

— Психи. Куда мы?

— К детям подземелья, — смеётся Соболев.

Так мы между собой называем группу наших кибербезопасников. Четыре юных гения-хакера под руководством Лебедева Сергея, он же и есть Леброн. Обитают они в почти подвальном бункере, потому и «дети подземелья». А так их отдел «Азирус» называется.

На месте я выхожу, а парни остаются на шухере.

Вниз по тёмной лестнице, в коридоре, который гулко гудит от моих шагов через каждые пять метров по лампочке, но света всё равно не хватает. Мрачно. Как в фильмах ужасов или компьютерной игре. Мурашки по коже.

Открываю дверь, и в меня тут же врубается невысокая красивая девушка с разноцветными косичками в волосах.

— Привет, Лали! — обращаю внимание на пустую кружку в её руке.

За кофе рванула? Обычно они энергетики литрами потребляют, чтобы сутками могли работать. Это убьёт их когда-нибудь.

— Здрасте, товарищ капитан, — вяло моргает глазами. — Там, — кивает назад.

Лали любимица Леброна, сочетание симпатичной мордашки и мозгов. И подозреваю, что испытывает он к ней совсем не дружеские чувства. Видел, как на неё глядит. Я так на Розу смотрю. А девочке совсем недавно восемнадцать исполнилось и ей на него пофиг, у неё свои мальчики. Но серьёзно она ни с кем не будет, характер не тот. Ветреная, в голове дури полно. Я давал им пару лекций во время их учёбы, она меня даже не слушала. Они тут все с короной на голове, потому что умеют то, отчего мы далеки. Мы силовики, они техно тыл. Тихушники — айтишники. Но без них, увы, в наше время никуда.

Поэтому и отлавливают их по всей стране, вербуют и свозят сначала в специальную школу, а потом сюда. Большинству из ребят только-только лет четырнадцать или пятнадцать исполняется. Лали было шестнадцать, и поймалась на абсолютной ерунде, но на допросе выяснилось, что может она гораздо больше. Их, естественно, не сажают. Их включают в систему, другого выхода у них нет.

Здороваюсь за руки с Дэном и Леброном, которые сидят в сторонке и просматривают распечатки.

— Задротов своих хоть бы на свежий воздух выпустил, — стреляю глазами в сторону двух парней и девчонки, обращаясь к Лебедеву.

Худые, бледные. Девушка словно прозрачная, волосы заплетены в длинные косички. Знаю её под псевдонимом Ола. Пацаны — Чёс и Юджин. Лали на их фоне кажется совершенно другим человеком. Смугленькая и с фигуркой.

— Дело сделают, потом пусть валят на все четыре стороны, — отрывая взгляд от документов. — Дышат, сколько влезет.

Хитро поправился. Кто ж их отпустит, они теперь навечно под колпаком.

— Держи, — подаёт мне несколько листов.

— Распечатка переписок Волошина с некоей Наденькой. Точнее Надежда Николаева, девятнадцать лет, прописана в Москве, — отдаёт мне несколько листов с досье. — Познакомились, судя по всему, около двух недель назад в Берлине, когда он ездил по делам. Сначала переписка суховатая, девушка пытается его подцепить на крючок, он вроде как не ведётся. Но соглашается с ней на встречу. А дальше уже ваниль и мимишность. Сплошь зайки, рыбки, кошечки и ожидания новой встречи. Ребята пробили её. Эскортница-индивидуалка. В поисках богатого папика. Есть аккаунты на нескольких сайтах знакомств и эскорт-услуг.

Морщусь от брезгливости. Терпеть не могу блядей. А по-другому я их назвать не могу.

— Это всё?

— Нет, — подходит сзади Лали, держа обеими руками кружку с кофе. — На личном телефоне ничего больше не нашли. Но! Я пробила через биллинг все телефоны, которые находятся на территории особняка. Мы их взломали, — горделиво приподнимает носик. — Так вот. У Волошина есть ещё один телефон, который зарегистрирован на другого человека. На нём стоят проги для шифрования всех звонков, сообщений и выходов в интернет. Но тот, кто их установил, не знал про нас. Мы зашли в него через удалённый доступ. И вот там очень интересно, — довольная улыбка.