Залп песка был, пожалуй, наиболее впечатляющ — после него все, попавшее под удар, выглядело откровенно жалко. Даже несколько валунов, оказавшихся на пути песка, как будто побывали под шлифовальным кругом. Что уж говорить о деревьях — даже вековые дубы в зоне поражения потеряли всю листву, всю кору и большую часть древесины.

«Однако… — подумал мигом протрезвевший Псих. — А артефакт-то высшей категории, не меньше. Меня бы на перерождение отправил без проблем. Что он делает в бродячей банде демонов, интересно? От такого и кланы Верхних планов не отказались бы. Ладно, это уже завтра разбираться будем. А пока пора ноги делать».

Но, прежде чем уйти, он успел услышать, как Крам поинтересовался:

— Что там покойник про Любу кричал?

— Вернуть ее мужу требовал. Несколько раз, — тут же откликнулся кто-то из подчиненных.

— Вон, значит, как… — негромко сказал атаман себе под нос, но Псих услышал. — Значит, не врал стукачок, что мэра вылечили… И тот сразу же старую тему форсить начал, наркомана какого-то подослал. Ну что — похоже, Михалыч, ты допрыгался.

(где Псих от боевых действий переходит к диверсиям)

г. Челябинск

столица Челябинской локации

55°09? с. ш. 61°24? в. д.

— Ну что там? Не получилось?

— Все нормально, Михалыч, у меня все под контролем. Я с утра пораньше в Чебаркуль отправлюсь, ты пригляди тут за моими, хорошо?

— Хорошо. Может, тебе людей дать?

— Если бы мне люди нужны были, я бы своих взял. Один пойду.

— Хозяин — барин. Порталом прыгнешь?

— Нет, полечу.

— А что так?

— Так надо.

Неподалеку от ж/д станции Биргильда

Сосновский сектор,

Челябинская локация

55°02? с. ш. 60°99? в. д.

Утром больной и похмельный Псих летел на облаке по направлению к Чебаркулю, внимательно осматривая окрестности. Вдруг что-то на железной дороге привлекло его внимание. Подлетев поближе, он увидел, как в сторону Челябинска едет ручная дрезина, зачем-то оборудованная белым флагом. Дрезину, раскачиваясь взад-вперед, гнал к столице локации небольшой демон неясного происхождения, невероятно похожий на Чебурашку. Демон был чем-то очень доволен, с его плюшевой морды не сходила счастливая улыбка и он от избытка чувств громко голосил веселую песню на непонятном языке, что-то вроде: «Ой, курык сай, курык сай, курык воктен корно сай! Модылдаш — воштылдаш, сакля вуен удыр сай…».

«Ага! — подумал Псих. — А вот и парламентер демонов, если не ошибаюсь. Надо его встретить».

Он отлетел на полкилометра вперед, принял облик совсем маленького зеленого демона, явно произошедшего от лягушки, влез на насыпь и принялся поджидать певца.

«А хорошо они здесь, на Урале, приподнялись! — успел подумать он. — В городе у них чего только нет, за городом они уже на дрезинах вовсю разъезжают, так, глядишь, они и заводы свои скоро пустят, и жизнь нормальную восстановят. Молодцы! Одно слово — работяги».

В это время показалась дрезина с белым флагом и стала слышна песня веселого демона: «Ой, луй модеш, луй модеш, кугу чодра покшелне! Ой, мор куеш, мор куеш, чевер олык тайлаште!».

— Брат! — изо всех сил заорал лягушонок-Псих. — Брат, подбрось до Челябы, как брата прошу!

Ушастый демон так удивился, что бросил рычаг, и дрезина, проехав немного по инерции, остановилась.

— Куда ты собрался? — переспросил он. — В Челябу? Тебе жить надоело? Ты что — не знаешь, что в Челябинске с демонами делают?

— Можно подумать, ты, блин, в Йошкар-Олу едешь… — надулся Псих. — Здесь дорога одна — в Челябу.

— Я, хе… Я — другое дело, — надулся от важности двигатель дрезины. — Я — дипломатический представитель со своей миссией.

— Хреновый ты дипломатический представитель, — нахально заявил лягушонок и без спроса залез на дрезину. — Подвинься… Иначе знал бы то, что уже всем окрестным демонам известно. Михалыча какие-то бродячие монахи вылечили, и он на радостях всех демонов разбанил. Объявил свободное проживание демонам в Челябе. При условии выполнения всех законов, конечно, и с испытательным сроком. Я, как услышал, сразу понял — кто первым заселится, тот все сливки там и снимет. Сам знаешь, Челябинск — городишко богатый. Вот я с самого утра и подорвался. Что стоим, кого ждем? Поехали!

— Ни фига себе, ты, зеленый, борзый, — хмыкнул ушастый, но не зло, а скорее даже с неким одобрением. — Как тебя звать-то хоть?

— Кермин! — быстро нашелся Псих.

— А меня Че. Вот что, Кермин, рычаг видишь? Хватай его и давай дергай туда-сюда. Это будет твоей платой за проезд. И давай, рассказывай, что там в Челябе случилось.

— Да я сам не особо много знаю, — признался Псих, налегая на рычаг всем телом. — Говорю же, пару дней назад в Челябу пригребли какие-то монахи-странники. Говорят — из самого Владивостока пришли, но это, конечно, врут. Магнитогорские, думаю. Те вечно везде шарятся, куда не ткнешься — там уже магнитогорские что-то мутят…