И уже более вежливо обратился к старику:

— Принесите в номер ещё чая и что-нибудь покрепче моему гостю.

Старик, надо всё же узнать, как его зовут, раз я решил здесь задержаться, жевнул неизменную зубочистку и коротко кивнул.

Роман молчал всю дорогу к номеру, только обжигал мой затылок гневным взглядом. Но как только мы вошли внутрь, его прорвало:

— Ты что себе позволяешь, щенок?!

Я вздохнул и прищурился, тяжёлый будет разговор. Хотя, я был рад, что Соболев, наконец, дал волю эмоциям. Куда проще, когда на нём нет той маски холодной беспристрастности, что он всегда носил.

— Ты это о чём?

Конечно я догадывался, что вызвало в нём такую ярость, но оправдываться за свой поступок не собирался.

— Какого хрена ты устроил этот цирк? Нет, я всё понимаю, тоже был молодой и горячий, но вызывать на дуэль моего племянника? О чём ты вообще думал в тот момент? — какой хороший вопрос. Наверное, о том, что кто-то должен наконец поставить этого зарвавшегося щенка на место. — И какого хрена ты пропал почти на сутки? Съехал с отеля, не предупредив меня? Юрия? Это твоя благодарность за то что я взял тебя под свою защиту? Обеспечил деньгами? Ты забываешься, Макар, — Роман рванул в сторону галстук, ослабляя узел.

Вот значит как. Что-то подобное я и подозревал. Все его слова о взаимовыгодном сотрудничестве это всего лишь пыль, которую можно пустить в глаза сопляку, что только недавно, каким-то чудом, поднялся с самого дна Империи. Мои губы непроизвольно растянулись в фирменном оскале Бритвы.

— Нет, это ты забываешься. Я не просил твоей защиты, так же как и денег. Это ты пришёл ко мне за помощью, а я всего лишь принял за неё соответствующую плату, — холод в моём голосе был сравним с холодом, что ещё вчера тёк по моим венам. Такой же жуткий и смертоносный. — Я не твой пёс, чтобы бежать к тебе по первому же зову. А если ты и дальше рассчитываешь, что я отправлюсь вглубь владений Скверны и принесу книгу, которую ты так жаждешь заполучить, то, будь добр, заткнись и успокойся. Не хочу портить такой прекрасный день твоей бесполезной истерикой.

На мгновение в комнате воцарилась гнетущая тишина. Роман, почти не мигая, смотрел на меня и я отчётливо видел как в нём борется желание убить наглого сопляка на месте.

— Я тебя уничтожу, — уже спокойным голосом, сообщил Соболев.

Моя ухмылка стала ещё более гадкой. Ну вот, перешли к главным аргументам.

— Значит, эта книга не так сильно тебе и нужна.

Было видно, что моё спокойствие его сильно раздражает. Раздражает до такой степени, что Роману требуется колоссальное усилие, чтобы вновь не сорваться на крик. Он резко вдохнул, выдохнул и снова превратился в уже привычного главу службы безопасности.

— Итак, давай начнём наш разговор сначала. Чего ты хочешь? — он опустился на кресло и закинул ногу на ногу.

Вот, другое дело. Сразу бы так. Я погасил свою ухмылку и сел напротив.

— Для начала, сними браслет.

Соболев опять напрягся, как будто я только что себе в жёны его племянницу потребовал.

— Нет, — ответил он спустя некоторое время и тут же добавил, заметив, как вздёрнулись мои брови, — я не могу. Не сейчас. Макар, ты хотя бы представляешь, что сейчас твориться в Империи?

Я равнодушно пожал плечами. Всё что я знал, это обрывки информации, что доносились до меня с разных сторон. За всей этой суетой, как то не было времени и желания погружаться во все эти политические хитросплетения с головой. Я знал основное, а детали оставил на потом.

— Я так и думал, — он удовлетворённо кивнул головой. — После того как клан пришёл к власти нам приходится прикладывать уйму усилий, чтобы её удержать. С одной стороны Восток, который недоволен тем, что им не удалось поставить во главу нашей Империи своих ставленников — Ястребовых. Да, Император Дзёмэй до сих пор отрицает, что Восточная Империя была как-то причастна к перевороту. Более того, со всей своей восточной вежливостью, они продолжают активно с нами сотрудничать. Вот только, я абсолютно уверен, что они так и не простили нам то количество ресурсов, которые они тщетно всё это время вкладывали в клан Ястребовых. Как не простили и то, что не смогли подмять под себя нашу Империю. Восток — это затаившийся дракон, который только и ждёт удобного момента, чтобы спалить нас всех своим жарким пламенем, а оставшееся золото утащить к себе в пещеру.

Пока что, всё звучало довольно логично. И эта нездоровая тяга к моему убийству у Шиджеко, тоже отлично вписывалась в нарисованную Романом картинку. Единственное, что я пока что не понимал, так это своё место в этом уравнении.

Соболев перевёл дух, сделал глоток тягучей янтарной жидкости из бокала, и продолжил:

— С Западной Империей всё проще и сложнее одновременно. У них нет желания вступать с нами в открытое противостояние, но и помогать нам они не будут. Запад ждёт когда нас раздавит Восток или же мы сами потонем во внутренних дрязгах и уже тогда постараются отхватить себе кусок побольше.

— Всё это, конечно, очень интересно, — моё терпение лопнуло, — но при чём тут я и моя просьба?

Роман ожёг меня злым взглядом, но тут же спохватился и вернул себе бесстрастное выражение лица.

— Десять лет. Десять лет это слишком маленький срок, чтобы полностью вымести всю грязь из под ковра, что под ним скопилась. Многие аристократы всё ещё помнят свои притязания на трон. Кто-то не может простить нам Песцовых, как будто есть наша вина в их падении. Их судьба была предрешена и мы постарались сделать их падение более мягким, чем оно могло бы быть. Вместо смерти — заключение в Клоаке и шанс выбраться оттуда, если на то будет воля предков.