Единственное, что разбавляло мой импровизированный отдых, постоянные попытки Шиджеко меня прикончить. Правда, личного визита девушка больше не наносила и предпочитала действовать издалека. А жаль.

Вот и сейчас, я задумчиво разглядывал обломки каменной горгульи, от которой успел увернуться в последний момент. Что-то сегодня она даже не старается, отдав всё на волю случая.

— Ты ведь понимаешь, что это ненормально? — уточнил Ярик, нервно поправляя очки. Он был в курсе наших с Шиджеко нежных отношениях и категорически их не одобрял.

— Это любовь. Если женщина не пытается тебя убить, то в чём смысл? — конечно я иронизировал, но упорство Ши не может не восхищать.

— Это психоз, — Яр был более категоричен. — А тебе бы к психиатру обратиться.

Я подозрительно сощурился — он что, с моим терапевтом общался? Тот мне то же самое сказал, когда я в очередной раз заявился к нему нашпигованный отравленными иглами. Но чтобы они в этом понимали?

Впрочем, проблема с Ши решилась после того как я вернулся в деревню. Видимо, девушка опасалась нападать, когда я на своей территории. К тому же, хорошо защищённой. Я выжал максимум из новой сделки с Соболевым. И большая часть касалась моей деревни.

Помимо того, что скоро у нас появится рабочая портальная арка, о которой мы договаривались раньше, у меня получилось расширить наш договор о благоустройстве деревни. Если всё и дальше так пойдёт, то через пару лет вместо медленно угасающей деревушки, здесь будет вполне развивающийся посёлок со своей школой и медицинским центром.

Правда, вопрос с долгом так и остался в подвешенном состоянии, этот поводок выпускать из рук Роман не хотел категорически. Только после того, как я принесу ему обещанное. Жаль, но давить я не стал. Итак получил больше чем планировал изначально.

Отношение деревенских ко мне существенно изменилось. Больше уважения появилось в мою сторону, особенно это заметно по бабе Маше. Она всё так же ворчит, зовёт меня нехристью, но усиленно продолжает подкармливать, да и Дашку не боится теперь со мной отпускать. А мелкая, после моего возвращения, от меня совсем не отлипает, единственное спасение — в подвале. Туда, кроме меня, никто не входит.

— Макар! — взволнованный голос бабы Маши заставил вздрогнуть. Да и по имени она меня редко называла.

— Что случилось?

— Ты Дашку не видел? Она с утра убежала куда-то со своей страхолюдиной и так и не появлялась, — женщина нервно теребила подол фартука.

Это она так про новую куклу. Кукла была жуткая и выглядела так, словно её хорошо так пожевали, а затем выплюнули осквернённые, но Дашке нравилась, она ей даже имя придумала — Цветочек.

— Не видел, — я нахмурился, пытаясь вспомнить не говорила ли она с утра, куда собирается. Вроде нет.

— Да что ж это такое! — баба Маша всплеснула руками. — Ну, Дарья, ну попадись ты мне, так ремнем отхожу, что неделю сидеть не сможешь!

— Баб Маш, ты не волнуйся, — я поспешил её успокоить. Если уж дошло до угроз внучке, в которой она души не чает, значит дело и правда серьёзное. — Я её найду. Наверное заигралась где-то со своим Цветочком и забыла обо всём.

— Ты уж найди, сынок. Она одна у нас с дедом осталась.

Я молча кивнул и вышел из дома. Беспокойство женщины передалось и мне. Беглый осмотр деревни ничего не дал, Дашки на её излюбленных местах не было.

— Стой, — я поймал за шкирку какого-то мелкого пацана. — Дашку видел?

— Д-да, — он буквально задеревенел в моих руках. Уважение, может, и появилось, но вот страх перед некромантами никуда не исчез. Слишком свежи были в памяти шрамы, оставленные моими предшественниками.

— Где? — с трудом удержался, чтобы не встряхнуть замолчавшего пацана.

— Она в сторону вашей стрёмной площадки побежала, сказала, что хочет найти друзей для своей страхолюдины, — быстро протараторил пацан и снова испуганно замолчал.

Фара дум, этого только не хватало.

Я отпустил пацана и рванул в сторону границы со Скверной. Плохо, очень плохо.

Детям с малых лет вбивают в голову, что нужно держаться подальше от Скверны, пугают байками, где вымысел переплетается с правдой. И, надо сказать, что это работает, плюс от самой Скверны исходит какая-то неприятная аура. Я её не чувствовал, но деревенские в голос утверждают, что стоит подойти ближе чем на метр, как волосы на загривке дыбом встают и хочется бежать.

Вот только с Дашкой, с недавних пор, это не работает. Выбрав меня, то ли в качестве старшего брата, то ли просто примера для подражания, она раз за разом пыталась увязаться за мной, когда я уходил тренироваться на заражённой Скверной территории. И все эти страшные пугалки про осквернённых перестали на неё работать, потому что я то не боюсь, значит и ей бояться нечего. Я опять выругался сквозь зубы, кто же знал, что у Дашки напрочь отсутствует здравый смысл и инстинкт самосохранения.