И самое первое, что я услышала, когда они вступили на пол в гостиной, это было возмущение Аббаза.

– Ты не поставила защиту на имение? И к тебе в дом могут попасть все, кому не лень? – от твердого мужского голоса я опешила и, как рыба на суше, бессловесно открывала и закрывала рот. А хотела поприветствовать гостей как надо и положено. – И зачем только я тебе столько артефактов отправлял?

– Можешь забрать их обратно! – наконец-то, и у меня прорезался голос. – Была бы возможность вернуть их обратно, то я отправила их тебе в тот же день. То, что я приняла твои подарки, не дает тебе право повышать на меня голос в моем же доме. Ты мне не муж! – отчеканила я.

В гостиной наступила звенящая тишина. Ни я, ни Аббаз не хотели уступать, глядя друг другу в глаза и тяжело дыша. Герцогиня и незнакомый мужчина, который явился вместе с Аббазом, с интересом наблюдали за нами, переводя взгляды то на меня, то на мужчину. Первая – непонимающе, второй – с любопытством. Он же и разбавил обстановку.

– Горячая, с характером. Одобряю, – расплываясь в улыбке и приближаясь ко мне, проговорил он. – Шахзад, старший брат этого оболтуса, – вставая рядом со мной вполоборота и указывая на Аббаза, представился он. – Наконец-то, я мог с вами увидеться воочию. А то только и слышал про вашу красоту и упорство, – поцеловал он мою протянутую руку.

– Инита, дочь барона Веревского и нареченная герцога Айленского, – представилась я, не скрывая имен, но смущаясь под пристальным взглядом мужчины. – Бабушка его светлости, леди Кристина, – не забыла и про пожилую герцогиню. – Чай или прохладительные напитки? До ужина есть еще время, предлагаю пока перекусить и поближе познакомиться.

Мужчины не стали отказываться от моего предложения, устроились в креслах. Пока Велена и Грета приносили легкие закуски, чай, расставляли их на кофейном столике, мы изучали друг друга глазами.

– А вашего мяса не будет? – с удивлением или с разочарованием поинтересовался Шахзад, глядя на кофейный столик, когда девушки оставили нас, не замечая тарелки с мясом холодного копчения.

Но я не успела ответить, как в гостиную вошла Хелена. Она не доверяла никому новый продукт в доме. Нарезала мясо сама, как и подавала тоже, пытаясь по-особенному разложить его на тарелке. Я одобрительно кивнула кухарке, после чего мы остались одни.

Пока мы с герцогиней просто отпивали с чашек отвары, Шахзад ел мясо, делая из него наподобие бутерброда и с удовольствием зажмуриваясь, когда откусывал немалый кусок. Аббаз же сидел неподвижно, откинувшись на спинку и молча кидая на меня взгляды, затем и на старшего брата. Я же ждала, пока мужчины озвучат причину своего прихода. Ведь никто мне не написал и не предупредил, что кто-то намерен побывать в гостях. И мы были к такому не подготовлены. По их одежде я могла предположить, что Аббаз и его брат являлись не последними людьми в своей империи, скорее всего, приближенные их императора. Этикет предполагал встречать таких гостей не так, как сейчас, по-простому. Должен был состояться чуть ли ни бал в сто человек, не меньше. Вместо этого я потчевал гостей домашними копченостями и отваром. По сути, сами виноваты. Я-то вообще ждала «оценки» копченого мяса, а не гостей. И, судя по довольной физиономии Шахзада, могла рассчитывать на то, что оно ему понравилось. Тогда почему Аббаз выглядел не слишком довольным?

– Кхм… Могу я узнать причину вашего визита? – не выдержав, первой заговорила я.

Шахзад, наконец-то, отвлекся от мяса, но Аббаз все также продолжил отмалчиваться. Старший из двух мужчин тоже не спешил заговорить, спокойно отпивая отвар, но все же ему пришлось.

– Когда мой младший брат вернулся домой живым и здоровым, благодаря вам, леди Инита, я не поверил ни своим глазам, ни своим ушам, когда он поведал мне, кто именно его спас. Ведь между нашими империями не самые теплые отношения, хотя мы пытаемся эту ситуацию исправить. Да и вы оказались связаны с тем человеком, который яро выступает против дружбы между нами, как и против использования и введения в жизнь простых людей артефактов, – я вся подобралась от его слов, когда Шахзад перевел свой взгляд на герцогиню. – Не подумайте ничего такого, ваша светлость. Но выгода была бы и нам, и вам. И, как я смею заметить, вы и сами не отказываете себе в удовольствии пользоваться ими. Ваш внук знает об этом? И как поживает ваш друг Петер?

Разговор незаметно для меня перетек совсем в другое русло и начинал приобретать напряженное течение, но, казалось, герцогиню слова Шахзада ничем не смутили.

– Была бы моя воля, из окружения императора я бы почти всем дала отставку. Многие из них безмозглые идиоты, думающие только о своей выгоде и тянущие одеяло каждый на себя. Ни один из них не знает жизни простых людей, судя с высоты своей колокольни. Только загвоздка одна: я не лезу в политику. Пусть мужчины сами меряются своими достоинствами, доказывая друг другу у кого больше. А в это время мы с вами отлично проведем время, – отсалютовав Шахзаду чашкой, улыбнулась герцогиня.

И как ни странно, мужчина ответил женщине доброй улыбкой, также подняв свою чашку. Создавалось такое ощущение, что они знакомы друг с другом, несмотря на недружественные отношения. Иначе откуда Шахзад мог знать друга герцогини? Но задать волнующие меня вопросы я не успела.

– Он связался с нами. Просит помочь переехать к нам, как и с новыми артефактами, – Шахзад откинулся на спинку кресла, будто хотел увидеть истинную реакцию бабушки. Я же все продолжала слушать. – В столице он не нашел ни поддержки, ни понимания.

– Это его выбор и его жизнь, – опуская взгляд вниз, ответила герцогиня.

Ее голос понизился. Неужели между ними были и есть чувства? Ведь я еще тогда задумалась о том, что не просто так герцогиня обратилась к тому мужчине за помощью.

– Мы немного отвлеклись, – вмешалась я. – Так чем обязана таким гостям?

– Ах, да, простите, заговорился, – улыбнулся Шахзад. Хищно, многозначительно, казалось, даже немного кровожадно. – Немного увлекся. Давно не бывал в людях. Вот что значит не выходить в народ. Кхм, так уж быть, вернемся к вашему героическому поступку. В благодарность за жизнь брата примите от меня вот это, – мужчина посерьезнел и протянул в мою сторону сложенный лист бумаги.