— Пожалуйста, — сказала я, отворачиваясь от двери конференц-зала и натыкая на его грудь. — Дай мне пинка.

Крис обнял меня, и я уткнулась лицом в его толстовку.

— Тише, тише, Эм, — и похлопал меня по спине в течение пяти секунд, прежде чем сказать: — А теперь заканчивай и поехали, пока наш водитель не кинул нас.

— Мне правда нужно идти, — сказал Ник, и Крис дал ему указания, как добраться до наших домов, пока мы шли по коридору и выходили из здания.

Я унизила себя. Знала, что форсировала события, но была права. Я была права относительно Джоша, и любви, и того, как вырваться из этой временной петли.

Единственным утешением было то, что завтра я, вероятно, снова проснусь в тот же день, поскольку каждая попытка изменить день заканчивалась катастрофой, так что, по крайней мере, она будет забыта, и я получу новую возможность всё исправить.

Когда мы пристегнулись — на этот раз Крис сидел посредине — он спросил:

— Всё хорошо, Эм?

Я пожала плечами и защёлкнула ремень.

— Я просто очень хотела, чтобы наш День Святого Валентина был особенным.

— Я бы сказал, что тебе это удалось, — сказал Ник, переключая грузовик на первую передачу и выезжая с парковки.

— Заткнись, — ответила я.

— Я не собираюсь говорить ничего плохого о Джошуа, потому что я уважаю то, что он тебе нравится, но тебе не кажется, что только что он был немного… грубым по отношению к тебе? — Крис взглянул на меня и сказал: — Я имею в виду, да, ты вела себя… странно, но он был несколько идиотом.

Я взглянула на Ника и тихо сказала Крису: — Может, мы поговорим об этом позже…?

— Да ладно тебе, Эммер. — Крис жестом указал на Ника и сказал: — После того, как он стал свидетелем этого жалкого проявления влюблённого дурачества, я бы сказал, что он вполне может принять участие в этой дискуссии.

— Ты говорил сегодня с Алексом? — спросила я.

— Хорошая смена темы, — сказал Крис повернувшись к Нику, а потом обратился ко мне: — И, конечно же, говорил, я же не нерешительная слабачка.

Крис уже давно был влюблён в Алекса Лопеса. Они были друзьями — оба бегали по бездорожью, так что знали друг друга довольно хорошо, но Крис боялся разрушить их дружбу, пригласив Алекса на свидание. Он решил, что в День Святого Валентина узнает, не хочет ли Алекс провести время вместе. План состоял в том, чтобы использовать одну из тех фраз: «День Святого Валентина такой отстой, когда ты одинок, а поскольку мы оба одиноки, не хочешь поесть пиццы и посмотреть старые фильмы?»

Я ахнула. — Ты правда это сделал?

Он улыбнулся маленькой загадочной улыбкой и сказал: Да, но получилось случайно. Сначала я совсем растерялся, но потом он сказал, что чувствует себя неудачником, потому что у него нет планов на День Святого Валентина. Так что я сразу же воспользовался моментом.

— Это потрясающе! — рассмеялась я, видя, как лицо Криса светится от радости. Он всегда старался казаться крутым, но под этим всем он был одним из самых уязвимых людей, которых я знаю. — Так что ты собираешься надеть?

— Нет, — он поднял руку и покачал головой. — Я ещё не готов к стрессу. Мы можем просто взять и представить себе его очаровательное лицо? К примеру, когда Алекс серьёзно обсуждает какую-то тему и срывается, сочетание силы и мальчишеской миловидности просто зашкаливает.

Я кивнула, он был прав.

— Я точно знаю, о чём ты говоришь. В прошлом году он был со мной в классе по американскому правительству у Халлека, и после того, как он сорвался на Элли Грин, потому что, ну, она была такой супер-Элли, я была одержима им в течение нескольких дней. Очаровательный плюс сильный равно чертовски привлекательный.

— Правда же? — Он снова сиял, и я была так счастлива за него. Крис был моим лучшим другом с тех пор, как мы оба получили поддельные записки, чтобы пропустить плавание в нашем первом классе. Мы думали, что сможем просто отсидеться, но тренер Страуд заставил нас стоять на краю бассейна и выполнять гребки руками. На суше.

Сама бы я умерла от унижения, но Крис превратил это в хореографию. Я так хохотала над его нелепыми танцами, что мы оба заработали наказание после уроков.

Остаток пути к дому Криса мы провели, обсуждая величие Алекса Лопеса, а Ник молчал. Я строила всевозможные внутренние суждения относительно его молчания, пока заезжая на улицу Криса он не сказал: