Я засмеялась, продолжая танцевать, глядя на красивый горизонт и парня рядом со мной.

— Я знаю.

Признание № 13

Я поцеловала Криса Бейкера на заднем сиденье фургона в седьмом классе, и по сей день, когда я чувствую запах «Polo»8, я вспоминаю, как сильно шумели его спортивные штаны.

Двери лифта открылись, и внутри оказались трое парней в костюмах с дорогими стрижками. Мы встали перед ними, молча стоя бок о бок, пока ехали в кабине лифта вниз.

— Сейчас как наверну картофельные вафли, — сказал один из парней позади нас.

— Мне бы хотелось, чтобы они вернули «Пицца Берни». Я люблю курицу, не поймите меня неправильно, но это единственный вариант уже слишком долго.

— Ну так сходи за пиццей.

— Не-а, братан, я слишком ленив, и наш кафетерий удобнее.

Я посмотрела на Ника, чтобы проверить, что он тоже считает, что их разговор был смешным и то, как он напряженно сжимал губы, подсказало мне, что он тоже борется со смехом.

Когда двери открылись, один из них произнёс: «Это наш» — и троица вышла, когда мы отодвинулись в сторону.

Ник тяжело вздохнул, но когда двери начали закрываться, он протянул руку, и они снова открылись. Хитро изогнув одну бровь, он сказал: — Эй, хочешь навернуть стрипсы в кафе?

Я взвизгнула. — О-о, ты думаешь нам разрешат?

Он пожал плечами. — А почему нет? Если нас сейчас выгонят, мы уже получили то, за чем пришли.

Я начала волноваться. — Моя мама никогда не разрешала мне есть стрипсы, когда я росла, поэтому теперь это моё любимое блюдо, которое я ем тайком, — я знала, что болтаю ерунду, но ничего не могла поделать. — Ну, знаешь, когда её нет рядом.

— Кому запрещено есть стрипсы? — он лукаво улыбнулся, когда сказал: — Бедная, обделённая книжная зануда.

Я рассмеялась. — Правда ведь?

Он жестом указал на двери лифта. — Тогда пошли.

Как только мы вышли из лифта, звуки и запахи корпоративной столовой обрушились на нас. Мы последовали за парнями, и бум — прямо за углом от лифтов, находилась огромная кафетерия.

В центре комнаты стояли столы, а по периметру — обеденные пункты. Всё выглядело как обычная еда в кафетерии, за исключением киоска «Chachi's Chicken», к которому уже выстроилась длинная очередь.

— Курица? — спросил он, обводя глазами кафетерий.

— Курица, — ответила я.

Пока мы ждали в очереди он рассказал мне о том, как его сестра наехала на ногу сотруднице «Chick-fil-A» (прим. пер.: американская сеть ресторанов быстрого питания) на автокафе. К тому времени, как мы сели за стол, я уже плакала от смеха.

— Не могу поверить, что она снова наехала на неё, — сказала я, смеясь.

— Она сказала, что когда она закричала, у неё сработал простой человеческий инстинкт — вернуться и посмотреть, что произошло.

— В этом есть логика, — сказал я.

— Пожалуй, — ответил он, обмакивая куриный стрипс в свой стаканчик с соусом.

— Итак, — я схватила бутылку с кетчупом, стоявшую на столе и выплеснула капельку себе на тарелку.

— Ты говорил, что никогда не был влюблён, но… ты ведь веришь в любовь, да?

— Ого, — он наклонил голову и нахмурил брови. — Ты настойчива. Что ты делаешь, Хорнби?

— Узнаю о своём напарнике по ДБП. Слушай, если ты стесняешься, я начну первой, — в реальной жизни я бы никогда не затронула эту тему в разговоре, потому что, конечно, я бы выглядела закомплексованной и жалкой. Поэтому я использовала этот «стираемый» день, как возможность узнать о нём всё. Не важно, что он думает об этом, потому что он никогда об этом не вспомнит.

Однако, как только я об этом подумала, меня пронзила острая грусть. Мне было так весело, что мысль о предстоящей перезагрузке, о том, что Ник ничего не вспомнит, казалась трагичной.

— Ладно, слушай. Даже если ты не так часто видишь это в реальной жизни, я твёрдо верю в настоящую любовь. На мой взгляд, она требует усилий и логики в отличие от судьбы, но она существует, если присмотреться достаточно внимательно.

Он кивнул, словно соглашаясь с моим мнением, и вытер руки о салфетку. — Но тебе не кажется, что это звучит слишком упрощённо? Это похоже на то, словно ребёнок говорит, что верит в Санту. Мол, да, конечно, звучит прекрасно, но если это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, то, наверное, так оно и есть.

Я обмакнула картошку в кетчуп. — Так цинично.

— Совсем не цинично, — он обмакнул горсть картошки фри в мой кетчуп и сказал: — Я не ворчу и не завидую любви, просто не ожидаю, что она спустится ко мне по дымоходу с полным мешком подарков.

— Любовь — это не то же самое, что и Санта.

— А чем отличается? — спросил он, поднимая свой стакан с содовой. — Ты надеешься и желаешь её, высматриваешь, не принесла ли судьба того единственного к твоей двери, того, кто сделает тебя счастливой навсегда.