Потому что, знаете, так оно и было.

— Так откуда вы, ребята, знаете друг друга? — спросила я, пока Данте склонившись над моим предплечьем колдовал над татуировкой, хотя точно знала, откуда они знали друг друга. — Только по татуировке Ника?

— Ты такая любознательная, — сказал Ник.

— Он здесь работает, — ответил Данте, не поднимая глаз, — Старк — наш мальчик на побегушках, разве он тебе не говорил?

Я приподняла бровь и ухмыльнулась Нику, а он в ответ лишь покачал головой и слабо улыбнулся. Глядя на его лицо, я вспомнила о том почти-поцелуе, и не знаю, изменилось ли моё выражение лица, но его точно да.

Его челюсть напряглась, глаза вспыхнули огнём, и этот момент словно завис в воздухе. Будто невидимая нить протянулась между нами, притягивая меня к нему. Нить, по которой бежал ток, который ощущался намного сильнее, чем уколы иглы, царапающей мою кожу. Я сглотнула и моргнула.

Что только что сказал Данте?

— Нет, гм, он упустил эту деталь.

— Стыдишься нас, Ники? — подразнил Данте.

— Она слишком любознательна и ей не нужно знать всякую хрень.

Это заставило меня фыркнуть. — Как скажешь. Ники.

Данте оценил шутку, но я не могла даже хихикнуть, потому что Ник опять смотрел на меня с неотрывным вниманием. Интенсивность его взгляда лишила меня способности мыслить и говорить, пока Данте, подыгрывая шутке, ворчал и бормотал, заканчивая мою татуировку.

Когда Данте наконец закончил, он показал мне результат, и я ахнула, осторожно проводя пальцами по свежему рисунку на руке.

— Вау, это невероятно!

Я отлично провела время, разрушая все вокруг. (прим. пер.: строчка из песни Тейлор Свифт «the last great american dynasty»)

Мне очень нравилось.

Данте вышел из комнаты за чем-то, и Ник поднялся. Он приблизился ко мне и осторожно просунул руку под моим предплечьем, чтобы поднять его к своим глазам. У меня перехватило дыхание, когда он нежно провёл большим пальцем прямо под татуировкой, находясь так близко, что я не могла вспомнить, как выглядел мир за пределами его лица.

— Мне нравится, — сказал он продолжая водить большим пальцем по моей коже туда-сюда. Казалось, что он говорил о чём-то большем, чем о татуировке, когда его лицо нависало над моим, в дюйме от меня.

— Позволь мне только нанести немного этого на твою руку, — сказал Данте, возвращаясь обратно в комнату, с тюбиком чего-то в одной руке и полиэтиленовой плёнкой в другой, — и ты сможешь идти.

Ник отступил, а я так растерялась, что могла только кивнуть и попытаться успокоить бешено стучащее сердце. Он вышел, а Данте, тем временем, рассказывал мне об уходе за татуировкой, нанося мазь, прикрывая её бинтом и плёнкой. Я почти не слушала, зная, что к следующему 14 февраля татуировка исчезнет.

Когда Данте вывел меня в холл, мой напарник по ДБП стоял у входа, разговаривая с парнем с торчащими черными волосами и татуировками на руках. Щеки мгновенно вспыхнули, когда Ник бросил на меня взгляд, и я быстро последовала за Данте к стойке регистрации.

Я оплатила, и когда я подписывала чек, Данте сказал: — Как тебе удалось вытащить маленького отшельника из его ракушки?

— Я заставила его прийти, — протянула ему чек, и он улыбнулся очень доброй, тёплой улыбкой.

— Что ж, я рад. Ники слишком быстро повзрослел после аварии, ему нужно немного веселиться.

— Аварии? — я оглянулась, чтобы убедиться, что Ник не услышал и не подумал, что я расспрашиваю. — Ник попал в аварию?

— Не Ник, а Эрик.

— Эрик…?

— Его брат. Сегодня годовщина?

Ник подошёл и поправил журналы на стойке.

— Ты готова, Хорнби? — он не выглядел так, будто что-то услышал, но я не могла избавиться от ощущения, что наткнулась на какую-то тайну, о которой Ник не хотел, чтобы я знала.

Я кивнула и прочистила горло. — Готова, Старк.

Ник попрощался с друзьями, а я крикнула «Спасибо!», когда мы выходили.

— Брр, холодина, — пробурчал Ник, застёгивая куртку.

Я плотнее прижала к телу свою куртку — нет, его куртку.

— Я уже говорила спасибо за твою чудесную куртку?

— Не за что, — он посмотрел на меня, скользнув взглядом по моей огромной куртке, прежде чем на его лице появилось забавное выражение. Он заметно сглотнул, его челюсть напряглась, и он на мгновение умолк, прежде чем наконец прочистил горло и сказал: — Ну, куда дальше?

Я посмотрела налево и указала на стоявшую рядом с нами лестницу, ведущую наверх по боковой стене приземистого кирпичного здания. Мои глаза проследили за её траекторией вверх, и казалось. что здание было всего несколько этажей высотой. Всё, чего я хотела, это отвлечь Ника от того, что только что опечалило его, и когда я соединила эту цель с тем фактом, что это был ДБП, вылезти на крышу казалось чудесной идеей.