– Господи, я знаю, что нас убьют!
– сокрушалась Крисси.

Белла как могла старалась ее успокоить, но настроение Крисси и ее здоровье тревожили ее. Глаза у девушки ввалились, щеки полыхали нездоровым румянцем, и несмотря на удушливую жару она не могла остановить дрожь. К тому же у нее развился сухой дребезжащий кашель.

Она вернула Крисси к разговору о Руперте, дав ей возможность выговориться. Наконец Крисси сказала:

– Я слишком много болтаю.

– Говори сколько хочешь. Нам здесь ничего другого не остается.

– Я страшно много передумала за последние сутки. Я так подло обращалась с тобой из-за Руперта. Мы все виноваты, но я особенно: кричала на тебя на свадьбе, потом задирала во время выходных, а под конец, - голос ее задрожал, - подложила бриллиант в твой чемодан.

– Это неважно, - успокоила ее Белла.
– Если бы я кого-нибудь любила, то вела бы себя точно так же.

– Но ты здесь была со мной так добра. Ты такая сильная и смелая. Ты говоришь, что тебе стыдно за свое прошлое, но наверняка благодаря ему ты умеешь переносить такие страдания. Ты смогла ударить Рикардо стулом. Я не знаю, почему ты это сделала, но я хочу тебя за это поблагодарить и сказать, что я была неправа насчет тебя и что я тебя люблю и мне жаль, что я была такая негодяйка.

Белла отвернулась, чтобы Крисси не видела, как она плачет. Смешно, что в их теперешнем безрадостном положении от этих слов Крисси она почувствовала себя очень счастливой.

– Ласло тебя совсем не понял, - сказала Крисси, - и когда мы - то есть, если мы - не хочется сглазить - выйдем отсюда, я расскажу ему, какая ты хорошая.

Она сильно закашлялась. Кашель не проходил, пока Эдуардо не принес ей стакан воды.

– Надо было дать ей чего-нибудь покрепче, - сказала Белла.

– Скоро принесут лекарство от кашля, -пообещал Эдуардо.

Глава двадцать первая

Ожидание было невыносимым. Белла вслух читала рассказы из ?Уименз оун?, разыгрывая в лицах диалоги, чтобы рассмешить Крисси. Наконец та забылась беспокойным сном. Белла удивлялась, что ее не будили сильные приступы кашля.

В двухчасовых новостях о похищении опять не упоминалось, но ближе к вечеру Белла почувствовала, как среди бандитов усиливается беспокойство. Сразу после четырех часов, послышался шорох гравия, трижды постучали, дверь открылась и захлопнулась, и зазвучали громкие, резкие голоса.

Крисси проснулась.

– Я больше не могу, - захныкала она, - я не вынесу этого.

– Тихо, - одернула ее Белла.
– Дай послушать.

Она сумела различить выговор Карло, низкий, властный голос Эдуардо и маслянистый Рикардо, но мягкого протяжного говора Диего слышно не было. У нее вспотели ладони. Надо сохранять спокойствие.

Тут же открылась дверь, с грозным видом вошли Рикардо и Эдуардо и потащили ее в большую комнату. Завернув ей руки за спину, Рикардо крепко их стиснул.

– Ты разговаривала с Диего?
– спросил он.- Где они?

– Ой, мне больно, - захныкала Белла, скрывая ликование.
– Откуда я могу знать, где он? Я все время была заперта. Разве здесь его нет?

Рикардо еще сильнее завернул ей руку.

– Ты ему нравилась. Он тобой увлекся. Ты ему голову заморочила.

– Ничего подобного, - с негодованием заявила Белла.
– Никогда в жизни я не стала бы по доброй воле разговаривать с кем-нибудь из вас. А где он?

– Это не твое дело, - отрезал Эдуарде.

Они допрашивали ее беспрерывно. Разговаривала ли она с Диего? Какое настроение было у него прошлой ночью? Несколько раз они сильно ударили ее по лицу, но она была слишком возбуждена, чтобы обращать на это внимание.

Под конец она попросила у них сигарету.

– У нас ни одной не осталось, - сказал Рикардо.
– Диего сбежал со всеми припасами.

Ее отвели обратно в комнату Крисси.

– Особенно не волнуйся и ничего у меня не спрашивай, - прошептала Белла, - но, кажется, дела пошли на лад.

– Расскажи, - оживилась Криссн,

– Лучше не надо. Если ты ничего не будешь знать, они не смогут из тебя ничего вытянуть.

Было слышно, что за дверью паника усиливается. А у нее росла надежда. Только бы они не напугались до такой степени, чтобы срывать зло на пленницах. Она вновь и вновь перечитывала этот проклятый ?Уименз оун?. Теперь она могла бы не глядя вышить жакет крестом. Но надо было чем-то себя занять, иначе она бы не выдержала.

Часы медленно тянулись в ожидании шороха шагов по гравию, но ничего не происходило. Она слушала по радио все сообщения подряд, но о них опять не упоминалось.