– А как насчет проклятой Ангоры и этого ее письма?

Ласло грустно усмехнулся.

– Признаю, что вначале я собирался тебя соблазнить потому, что не хотел, чтобы ты выходила замуж за Руперта - теперь-то я понимаю, что делал это просто потому, что ты была нужна мне самому. Я подослал Ангору к Стиву и обещал провести с ней выходные в Париже, если ты порвешь с Рупертом. В общем, я не против того, чтобы заплатить за два дня Ангоры в Париже, но ей придется провести их с кем-нибудь другим.

Белла покраснела.

– Как Крисси?

– Отлично, сегодня выходит из больницы, Руперт ее от себя не отпустит.

– Итак, все твои планы осуществились, - сказала Белла, не сумев скрыть легкого раздражения.

– Не совсем.
– Ласло легонько снял ее с колен, подошел к телевизору и выключил его.
– Думаю, на этот раз я пропущу забег в три пятнадцать.

Белла нервничала, не зная, что сказать.

– Я уверена, что Руперт и Крисси будут очень счастливы.

– А мы? Как ты думаешь, ты со мной будешь счастлива?
– он обнял ее.

– Я знаю, что кажусь сексуально опытной,- промямлила она в панике, - но это совсем не так.

– Ты не кажешься такой опытной, как думаешь, - мягко сказал он, - но мы прямо теперь можем провести первое занятие.

– О, дорогой, не шути над этим, - и она уронила голову ему на плечо.

?Осторожно, - сказала она себе, - осторожно. Не отдавайся ему сразу. О, мне не надо было так легко уступать ему?, - последнее, о чем она подумала.

?Вот я в его постели, - думала Белла спустя часа два, - и должна чувствовать себя на седьмом небе. Почему же я чувствую себя так, что мне жизнь не мила?.

– В чем дело?
– спросил Ласло.

Она потупилась.

– Я думаю, что теперь, когда ты добился своего, ты больше меня не захочешь, - тихо проговорила она.

– Белла, до чего же ты недоверчива.

– Пожалуйста, не сердись. Я хочу верить, что ты меня любишь, но у тебя было миллион женщин.

– Я рад, что ты относишь это к прошедшему времени.
– Он зажег сигарету, глубоко затянулся и передал ей. Потом сказал: - Послушай, а почему бы нам не пожениться?

Белла поперхнулась дымом. Она лежала, не шелохнувшись и не решаясь что-нибудь сказать. Он шутит, наверняка шутит.

– Не вижу особого энтузиазма, - заметил он.

– Я думала, ты не очень-то предрасположен к женитьбе.

– В общем, да. Раньше я и не думал жениться. Никогда не предполагал, что это для меня - каждый вечер отправляться ужинать с одной и той же женщиной. Но с тобой почему-то складывается совсем по-другому. Я твердо решил больше не отпускать тебя от себя.

– А как же Мария Родригес?

– Это была юношеская история, вроде Ромео и Джульетты. Она бы долго не продлилась. Меня вывело из равновесия то, что ей плеснули в лицо кислотой, и ее самоубийство. Я люблю тебя, сумасбродный малыш. Он взял ее голову в ладони.
– Ты меня всего перевернула. Я никогда ни в кого так не влюблялся после случая с капитаном крикетной команды в Итоне.

Белла хихикнула и увидела, что хотя он и улыбался, его черные как смоль глаза полны нежностью. У нее закружилась голова.

– Пожалуйста. Если ты всерьез про женитьбу, то я совсем не против. А можно это сделать поскорее?

– Завтра я выправлю бумаги. Я твердо верю в то, что когда лошадь действительно в стойле, его надо запирать. А Роджера я попрошу дать тебе отпуск, так что, когда мы поженимся, я смогу взять тебя в долгое свадебное путешествие, и мы сможем покончить с кошмарами и забыть про Хуана.

– О, Господи, - Белла всхлипнула и кинулась ему на шею.
– Чтобы такое заслужить, я, наверное, совершила в своей прошлой жизни что-нибудь необыкновенно хорошее.

– Ты совершила кое-что необыкновенно хорошее в последние два часа.

И он снова поцеловал ее.

– Еще что приятно, - добавил он немного погодя, - тетя Констанс помешается от злости.

Белла опять хихикнула, потом вдруг увидела в огромном зеркале над камином свое отражение в объятиях Ласло.

?Мы красиво смотримся, - подумала она, - но что-то здесь не так?.

– Ты не будешь против, если я снова стану блондинкой?

Джилли КУПЕР

ГАРРИЕТ

Перевод с английского И. Гюббенет и Н. Калошиной

Анонс

Яркая и короткая, как вспышка молнии, любовь, от которой она еще не успела опомниться, предательство, которого не успела осознать, и крошечный сын на руках - вот весь багаж Гэрриет Пул, когда она, не ожидая от судьбы никаких подарков, звонит в дверь чужого дома.

Но дверь открывается новой страницей жизни, и сердце, не успев отболеть своей болью, принимает в себя и чужие заботы и бьется все сильнее, потому что в двадцать лет жизнь только начинается…