– “Скатиться вниз нетрудно, но нет пути назад”, - пробормотала она себе под нос и подергала шнур звонка.

За дверью на нее набросились отпрыски Тео Даттона.

– Привет! Гарри, это кошка замяукала, - Гэрриет, окошко замяукало!.. Шутка такая.

– Я ее уже слышала, - сказала Гэрриет.

– По чему слоны не умеют ходить?
– спросил старший.

– Не знаю, - сказала Гэрриет.

– По воздуху!
– Дети залились счастливым смехом.

Когда Даттоны куда-нибудь уходили, Гэрриет частенько оставалась с их детьми.

– А мы слепили в саду снеговика. Вон там, смотри! На кого он похож?

– На вашего отца, - сказала Гэрриет.

– Ага, когда он ждет звонка из Би-би-си, - подтвердил Даттон-младший.

Гэрриет прыснула.

– Красиво на улице, правда?
– сказала она.

– Пойдем сегодня днем кататься на санях, а? Папа сейчас работает над телепередачей, значит, после обеда наверняка ляжет спать.

– А мама простуженная.

Три пары глаз с надеждой уставились на нее.

Гэрриет все еще пребывала в эйфории от встречи с Саймоном.

– Ладно. Зайду за вами в половине третьего, - пообещала она.

***

– Что ж, это гораздо приличнее, - сказал Тео Даттон, закуривая очередную сигарету.

Пока он читал, снежная шапка на крыше соседнего дома заметно потяжелела.

– Стиль, конечно, оставляет желать лучшего - хочется выкинуть из него все лишнее и взбить, как подушку, - но есть хотя бы кое-какие мысли. Видно, что вы включили воображение.

Вглядевшись в нее из-под очков, Тео пощипал себя за бороду и сказал:

– Вы, я вижу, сегодня витаете в облаках. Что с вами такое случилось? Дружок не приезжает на воскресенье?

Гэрриет рассмеялась.

– Да нет, это оттого, что я не выспалась, а может, просто ошалела от снега. Люблю снег. Вдобавок я по дороге к вам ухитрилась свалиться с велосипеда. Так, пустяки, почти не ударилась, но, видно, еще не пришла в себя.

Главное - не слишком теряться перед приятелями Саймона. Надо бы забежать домой переодеться, вот только во что?

Тео задумчиво любовался ее полной грудью, по-детски округлыми чертами и длинными стройными ногами. Большие серые глаза с поволокой прятались за стеклами очков, и их красоту не очень-то легко было разглядеть - как нелегко было разглядеть пылкость, спрятанную за непомерной застенчивостью. Она вот-вот упадет, как спелая слива, подумал он. Она уже полна томления, как счастливая жена перед встречей с мужем. Пылкая дева, впервые восходящая на ложе любви, - что может быть прекраснее?

Он вздохнул.

Может, заскочить в магазин и купить себе на все оставшиеся деньги новый свитер?
– думала Гэрриет. Пожалуй, ей даже полезно будет поголодать пару недель до конца месяца.

– В следующий раз займемся сонетами, - сказал Тео Даттон.
– Это, как говорил Вордсворт, ключ, которым Шекспир отмыкал свое сердце. Не забывайте, Гэрриет: даже любовь ступает по земле.

Когда пробило без четверти двенадцать, он поставил на стол бутылку хереса.

– В Оксфорде два вида хереса: один для стряпни, другой для того, чтобы пить. Их почти все путают, но в моем доме вы можете быть уверены: вам нальют то, что надо. Выпейте, Гэрриет, а потом - мой вам совет - ступайте домой и ложитесь спать, лучше всего в одиночестве.

Он наполнил вином два захватанных бокала.

– Не получится, - сказала Гэрриет.
– Я обещала вашим детям, что поведу их кататься на санях.

***

На улице перед домом Тео уже стоял длинный темно-зеленый автомобиль. При виде ее из автомобиля выбрался молодой человек с сигаретой, каштановыми волосами и природной непосредственностью рыжего сеттера. Гэрриет узнала в нем одного из постоянных спутников Саймона - Марка Макалея.

– Саймон прислал меня за вами, - сообщил он.
– Волнуется, как бы вы не отморозили ножки. По-моему, в такую холодрыгу можно себе что угодно отморозить. Кстати, как ваше самочувствие?
– осведомился он.
– Саймон сказал, что он вас сегодня сбил с катушек.

Вот именно, подумала Гэрриет, в прямом и переносном смысле.

– Позвоночник внизу побаливает, - сказала она.

– Ага, копчик, значит!
– Марк неожиданно расхохотался во все горло. Видимо, он был уже хорош.

– Много у него будет народу?

– Человек двадцать - двадцать пять, и среди них наверняка найдется одна или две дамочки, у которых зачешутся на вас коготки.

Он искоса взглянул на нее и снова расхохотался.

На душе у Гэрриет стало тревожно и почему-то горячо.

– Думаете, мне стоит туда ехать?

– Если решите, что не стоит, это может стоить мне головы… Правда, моя голова, кажется, сама уже немногого стоит.
– Он извлек из ящичка под приборной доской бутылку бренди и глотнул из горлышка.
– Мы с ней, видите ли, катимся наперегонки по наклонной плоскости.

– Я бы заехала домой переодеться, - сказала Гэрриет.

– Зачем? Саймон больше всего ценит новизну, а в таком виде вы как раз то, что надо.

– Да нет, вы не поняли. Он пригласил меня просто из вежливости. Просто решил доставить мне удовольствие, потому что нечаянно сбил на дороге, - и все.