– Больше никакого хлеба, Джамбо, - приказала Ивонн, продолжая жевать с той же скоростью, - ты уже съел его вполне достаточно.

Кроме нее, все уже закончили. Официанты стояли наготове, чтобы забрать тарелки и поставить серебряные блюда.

– Пожалуй, я примусь за следующее, - сказал Матт.
– Мы не можем торчать тут всю ночь.

Второе блюдо Имоджин, мясо бургиньон, толстый, темный, ароматный и пульсирующий кусок, приправленный травами, едва ли не лучше первого.

– В жизни никогда не пробовала ничего подобного, - сказала она Матту.

– Отлично, - он наполнил ей бокал и поглядел на сидящую напротив Кейбл, которая вынимала из форели воображаемые косточки. Приятно, когда кто-то рядом получает от еды удовольствие.

– Кнели очень разочаровывают, - проворчала Ивонн.

– Что можно ожидать от пирожков с заветренной рыбой?
– сказал Ники.

– Я всегда думал, что кнеля - это что-то такое, в чем спит собака, - сказал Джеймс и зашелся хохотом.

– Вина тебе уже хватит, - резко сказала Ивонн.

– Вы давно женаты?
– спросил Матт.

– Ровно сорок восемь недель, - сказала Ивонн, изобразив то, что она считала подкупающей улыбкой.
– Мы до сих пор считаем наш брак на недели, а не месяцы.

– Недельные годовщины, - сухо сказал Матт.
– Как трогательно.

Кейбл бросила на него строгий взгляд.

Джеймс стал рассказывать Имоджин длинный и запутанный анекдот, на котором она никак не могла сосредоточиться, так как в это самое время Ивонн, повернувшись к Ники, спросила:

– Как вы с Имоджин познакомились?

– В Йоркшире.

– О, я люблю Йоркшир, он такой нетронутый.

– Как Имоджин, - сказал Ники.

– Они носовым платком обвязали попугаю глаза… - рассказывал Джеймс.

– Вы долго встречались?
– спросила Ивонн.

– А другим платком завязали клюв… - продолжал Джеймс.

– Она выглядит ужасно юной. Удивляюсь, как это отец отпустил ее с вами.

– И я удивляюсь.

– Чем она занимается?

– Сидит в библиотеке и мечтает.

– А потом они оба идут в постель… - сказал Джеймс.

– Отлично, - сказала Ивонн.
– Они с Маттом могут вволю побеседовать о книгах.

– Они уже это делают, - сказала Кейбл и, заведя руки за голову, уперлась спиной в стену, волнующе выпятив груди. Это не прошло незамеченным для француза приятной внешности, пившего за соседним столом коньяк с простоватой женщиной. Они с Кейбл обменялись долгимн взглядами. Француз сначала опустил глаза, потом, украдкой взглянув на жену, которая продолжала размешивать сахар в кофе, снова посмотрел на Кейбл. Та самодовольно ухмыльнулась и отвела глаза. Даже повар пришел с кухни поглядеть на нее и теперь стоял в дверях, разинув рот, с омаром в руке.

Имоджин вдруг очнулась от громкого хохота Джеймса, закончившего свой рассказ.

– И попугай сказал: ?Кама Сутра лжец. Понимаете? Кама Сутра лжец?.

Имоджин, догадавшись, что в этом была вся соль рассказа, тоже засмеялась с некоторой натугой. Матт наполнил бокал Джеймса. Ивонн грозно сверкнула на Матта глазами.

– Пожалуйста, не надо. Я считаю, что ему достаточно. Знаешь, Джамбо, ты не сможешь делать во Франции ежедневные пробежки.

– Давай еще, - сказал Матт, подложив на блюдо Имоджин мяса и картофеля.

– Ой, мне больше нельзя.

– Можно. Давай, пока не лопнем. Кому же здесь кроме нас?
– И он выложил из глубокого блюда на свое все, что там оставалось.

Ивонн весело улыбнулась Имоджин.

– Я слышала, вы работаете в библиотеке.

?О, Господи, - подумала Имоджин, - теперь она за меня возьмется?.

– Да, - произнесла она набитым ртом.

– Я когда-то любила читать, - продолжала Ивонн, - но теперь у меня на это нет времени. Мне приходится читать массу бумаг из Главного управления для Джеймса. Хотя у меня есть тетка, которая читает по четыре романа в день. Мы все называем ее книжным червем.

И она перешла к долгому и невыразимо утомительному описанию читательских привычек и литературных вкусов своей тетки.

– Кому-то надо накрыть ее зеленым сукном, - прошептал Матт, наклонившись, чтобы наполнить бокал Имоджин.

Рассказав наконец все что можно про тетку, Ивонн заметила:

– Вам повезло, что у вас не такая работа, где надо следить за фигурой.

Имоджин, покраснев, отодвинула в сторону картофелину, которую собиралась съесть.

– Я был бы счастлив постоянно следить за фигурой Имоджин, - спокойно сказал Матт.