– Хотите сигарету, Джон?

Маркхэм с удивлением посмотрел на Марион-А и неожиданно улыбнулся:

– Вы делаете успехи.

Некоторое время он молча курил, потом открыл дверь геликара, вышел и выпрямился:

– Я думаю немного пройтись... Ведь особой спешки с регистрацией нет?

– Нет, Бюро все время открыто. Хотите я пройдусь с вами?

– Да.

Марион-А вышла из геликара и встала рядом, пока он всматривался в ландшафт, который, к его удивлению, не изменился, только казался более диким, наверное, потому, что больше не подвергался бесчисленным вылазкам на уик-энд. Он взял Марион-А за руку и быстро пошел с ней к пригорку, видневшемуся на расстоянии трех или четырех сотен ярдов.

– Фантазии и иллюзии - очень важные вещи, - спокойно сказал он. Когда люди их теряют, они начинают умирать... А андроиды не умирают, правда?

– Нет, Джон.

– Почему?

– Потому что они не живут, - сказала Марион-А.
– Их мотивации искусственные, их назначение - функционально.

– Ну, попробуем забыть о функциональности ненадолго, Марион. Вы можете стать частью моей фантазии. Вы можете стать почетным членом обреченного общества живых. Короче говоря, вы можете притвориться человеком. Можете притвориться, что вы наслаждаетесь ветром, солнцем и травой под ногами.

Минут через пять они дошли до пригорка, и Маркхэм нашел место, где можно было присесть. Он вспотел и тяжело дышал - не от жары, а от усилий, затраченных на путь в четверть мили, - и лег на спину. Прикрыв глаза, он ощутил успокаивающую близость земли, ласковые прикосновения ветра, игру солнечных лучей.

Маркхэм погрузился в мечты и воспоминания, пока голос Марион-А не вернул его назад, в действительность:

– Кто-то идет к нам, Джон. Может, он хочет поговорить с вами.

Маркхэм рывком сел и увидел пухлого пожилого человека, приближавшегося к ним. На незнакомце была темно-красная туника - почти такая же, как и на Маркхэме, - и свободные брюки колоколом: обычная одежда мужчины двадцать второго века. Шляпы на нем не было, и, когда он подошел ближе, Маркхэм увидел, что волосы у него седые и длинные, как у женщины, и прихвачены двумя серебряными скрепками. На загорелом морщинистом лице была написана тревога, однако широко расставленные глаза казались веселыми.

– Привет, - сказал незнакомец.
– Чудесная погода, вы согласны? Мне еще не доводилось воочию видеть сексуального варвара, ну, конечно, если исключить львов и лебедей. У них тоже есть чувство ложной преданности. Только вот работать они не хотят - хотят просто жить... Не против, если я присяду?

Маркхэм был сбит с толку.

– Не возражаю. Это свободная страна.

– Так они говорят, - согласился незнакомец, легко опускаясь на траву, несмотря на свой вес.
– А кто мы такие, чтобы верить этому? Чудесного андроида вам дали. Выглядит почти интеллигентно.

Неожиданно он повернулся к Марион-А:

– Классификация, марка и функция - быстро!

– А-три-альфа, - ответила Марион-А.
– По какому праву, сэр...

– Забудь. Я просто рассеянный.
– Он обратился "к Маркхэму: - Какая умница. Они могут быть быстрыми, но мы можем быть еще быстрее. Всегда можно поймать их, если уловить момент. А теперь скажите ей, пусть пойдет поищет клевер с четырьмя листиками, минут двадцать.

Маркхэм разозлился:

– Какого дьявола вы распоряжаетесь здесь?

– Хочу спокойно с вами побеседовать, - невозмутимо ответил незнакомец.
– У маленьких андроидов большие уши, друг мой, и длинная память. Сразу этого и не поймешь, но это так. Будьте хорошим парнем и отошлите ее, чтобы не слушала.
– Он мрачно засмеялся.
– Вы всегда сможете позвать на помощь, если я обращусь к вам с гнусными предложениями.

– Марион, не могли бы вы оставить нас на несколько минут?

– Не просите, прикажите ей, - хрипловато сказал незнакомец.

Маркхэм резко повернулся к нему:

– Если вы намерены продолжать в том же духе, то у нас будет чертовски короткая беседа. Марион-А встала:

– Как долго вы хотите побыть наедине с этим джентльменом, сэр?

– Минут десять, думаю. Не пропадайте из вида, я позову вас, когда поговорю.

– Хорошо, сэр.
– Она посмотрела на незнакомца без какой-либо враждебности и отошла.

– Запоминала мое лицо, - весело произнес старик.
– А-три-алъфа... Она передаст мое описание в Психиатрический центр, если вы не придумаете какую-нибудь сказку. Такую, в какую андроиды верят.

– Может, вы мне скажете, о чем вообще речь?
– спросил Маркхэм.
– Я немного любопытен.

Незнакомец улыбнулся, показав желтоватые зубы:

– Вы ведь Спасенный, верно? Джон Маркхэм. Я вас видел на экране прошлым вечером... Если я скажу вам свое имя, вы можете устроить мне двадцать лет условно живого состояния, это в лучшем случае, и уничтожение в худшем, конечно при условии, что сможете задержать меня, пока ваш андроид свяжется с Городской Группой. Итак, назвав свое имя, я создам этим проблему этического характера - проблему для вас. Я - Грэй Вальта Хиггенс, когда-то профессор философии в Оксфорде, да упокоит Господь его педантичную душу... Зовите меня просто Проф.