– По ночам я только и делаю, что плачу, – возразила ей Камилла.

– Неужели, родная? Почему же ты не разбудишь меня?

– Потому что тогда мы станем плакать вместе, – сказала Камилла. – Несмотря на то что Питт-Риверы никогда не плачут.

Это возымело желаемый эффект. Тэсса вытерла глаза и улыбнулась сквозь слезы. Своими словами Камилла специально подбодрила ее. Какая же прекрасная дочь растет у нее. Но хватит предаваться унынию. Теперь нужно побыстрее заняться чем-нибудь, чтобы прогнать мрачные мысли.

– Что ж, займемся уборкой, – сказала она. – Начнем с кухни.

– Хорошо. Я буду разбрызгивать моющее вещество, как это делала Фелиса. Как будто мы в рыбацком домике в Шотландии, – предложила девочка, для которой скучная уборка становилась новой увлекательной игрой.

– Что-то наподобие этого, – сказала Тэсса.

Конечно, эта маленькая квартирка совсем не походит на уютный загородный дом в Шотландии, где в каминах весело потрескивал огонь, а огромные кресла были настолько мягкими и удобными, что так и тянуло задремать в них. А здесь нет ни чучел оленьих голов с ветвистыми рогами на стенах, ни красивого вида из окон, ни приятной компании. В этих стенах не зазвучит беззаботный смех двоюродных братьев и сестер, беспрестанно подшучивающих друг над другом. Здесь никогда не будет Пита, который хохотал громче всех и с которым никто не мог тягаться в остроумии, особенно когда он подтрунивал над извечной английской чопорностью и мелочностью. Эта тема вообще была неиссякаемым источником насмешек. Американцы принимают душ не меньше двух раз в день. Англичане же моются в ванной от силы три раза в неделю. Пит обычно шутил: «Знаете, с Флоридой Англию еще можно было бы примирить, но вся остальная Америка этого запаха бы не вынесла». Все это осталось в прошлом.

Камилла разбрызгала на кафель и линолеум моющее средство «Фантастик», и Тэсса начала наводить чистоту в кухне. Квартирка, конечно, маленькая, но Тэссе еще повезло, что ей досталась хотя бы такая. Она принадлежала одной из ее подруг, которая вышла замуж за банкира, вернее – за его деньги. Конечно, Мэдисон-авеню – место отличное и плата за аренду внесена вперед, но все равно это лишь скромная квартирка в доме без лифта. Тэссе предложили жить в ней бесплатно, однако она настояла на том, что будет оплачивать аренду, возвращая им деньги.

Тэсса не жалела, что вернулась в Нью-Йорк. Сейчас у нее возникло такое чувство, что всю свою жизнь она очень многое откладывала на потом. Уезжая из гостиницы, она оставила Кэрол записку под дверью ее номера с просьбой дать о себе знать, и им с Камиллой удалось успеть на двенадцатичасовой рейс до Нью-Йорка.

– А это еще что за черные штучки? – с любопытством спросила Камилла, заглядывая под раковину.

– По-моему, это следы тараканов, дорогая. Ничего страшного. Мы быстро от них избавимся. Позвоним в службу дезинсекции, они пришлют человека, и он выведет тараканов.

– Терминатора? Шварценеггера?

– Нет, что ты, – рассмеялась Тэсса, – Арнольд этим не занимается. Пришлют человека с распылителем. Ну, знаешь, такого же, как мистер Блобс, или как ты там его обычно называла?

– Правда? Мистер Блобс придет сюда? – оживилась Камилла.

– Ну, если и не он сам, то его приятель, – кивнула Тэсса.

– Будет так интересно жить без прислуги. Только с тобой. И наводить чистоту тоже интересно, правда?

– Все интересно, когда только начинаешь привыкать к этому, – искренне ответила Тэсса.

Как странно. Всю свою жизнь она никогда не нуждалась материально, даже когда в чем-то и бывала обделена духовно. И вот теперь материальные затруднения воспринимаются ею чуть ли не как благо, а вот жизнь без Пита, единственного человека, кто дал ей любовь и тепло, казалась просто невыносимой. То, что имеешь с детства, что принимаешь как должное, не так страшно терять. К тому же, чего в детстве была лишена, прикипаешь душой. И вот не стало ни Пита, ни денег, а остро не хватает только его одного.

– Когда за мной приедет тетя Корнелия? – спросила Камилла.

– Завтра утром. Ты уже решила, что наденешь?

– Бархатную юбку, блузку с оборками и синий джемпер. Ты ведь знаешь, тетя Корнелия вся такая строгая. – Камилла неодобрительно надула губы.

– Ну что ж, ты права, дорогая. Но ведь иногда так здорово разодеться в пух и прах и вообразить себя шикарной и неотразимой. Будто бы это понарошку.

– Мамочка, можно я не буду убирать под раковиной? – Камилла сменила тему. – Пусть это сделает мистер Блобс, когда придет.

– Это отличная мысль, – согласилась Тэсса.

Закрыв дверь, Тэсса привалилась к ней спиной. Какая же Корнелия зануда. Даже отсюда слышно, как, спускаясь с Камиллой по лестнице, она продолжает трещать без умолку:

– Сейчас, дорогая, тебе нужно свыкнуться с мыслью о том, что вам придется пожить в этой… квартире… некоторое время. Ты знаешь, что вы могли бы жить у меня, но твоя мама не захотела. Ума не приложу почему… Но как бы там ни было…