Он полностью одет, а я почти голая, в его руках пакет с фирменным логотипом. Арес не отрывает от меня взгляда.

– Ты долго ездил, надо было чем-то заняться, - мой голос звучит глухо, слабым эхом в стены бьется. Подплыла к поручням и приподнялась на одну ступеньку.
– Что привез?

Он усмехнулся и покосился вниз, словно лишь сейчас о пакете вспомнил. Неторопливо двинулся ко мне.

Я за его мягкой хищной походкой слежу, жду. Когда он тоже начнет раздеваться.

Это было лекарство от скуки - исследовать дом и представлять, как Тим здесь, в рабочей оранжевой каске ходил и давал указания. И на нем был, может быть, комбинезон, заляпанный строительной пылью.

А когда он спустился на цокольный этаж, чтобы оборудовать бассейн...

Я на это помещение наткнулась случайно, просто из любопытства толкнула деревянную створку.

И вот уже полчаса плещусь в голубой прозрачной воде, теплой, словно море в жаркий полдень.

– В то утро друг твоего отца приехал за тобой. Хотел обменять на тебя адрес Романа, - Арес поставил пакет на кожаное кресло, что стоит рядом с бортиком.
– Твоего отца-мошенника мы нашли, где находишься ты тоже знали...

Он сделал паузу и снял пиджак.

Он мне рассказывает о тех событиях семилетней давности. Но прямо сейчас я о них вспоминать не хочу.

– Налей вина, - вклинилась, пока он не заговорил.
– Нальешь. И прыгай сюда.

– Рита, - Арес растер лицо ладонями и засмеялся. Сквозь пальцы посмотрел на меня.
– Вот куда ты торопишься? Вылезай. Поешь и поговорим.

– Нет, сначала спускайся ко мне, - уперлась.

Большие темные глаза сверкнули. Это неповиновение, ослушание, это не нравится ему - полные губы сжались на секунду в твердую линию. А когда Арес снова заговорил - я оттолкнулась от поручней и нырнула с головой, и вода все слова смазала, заглушила.

Проплыла до середины бассейна и выпрыгнула на поверхность, отбросила с лица мокрые волосы.

Боже.

Он смотрит на меня и раздевается, рывками, будто злится. Рубашка полетела в сторону, за ней брюки вместе с белыми боксерами. Он опустился на бортик, свесил в бассейн длинные загорелые ноги.

– Как скажешь. Я здесь, плыви.

Зажмурилась, смаргивая с ресниц капельки, открыла глаза.

Я всем своим существом порочна, испорчена, целиком и во всем. И нет во мне выдержки ни на каплю, зато он...как можно трепаться о чем-то, о каком-то дурацком ужине, если он возбужден так сильно, что, кажется, взорвется прямо в сей миг.

Кого я звала к себе в бассейн, вот этого мужчину, у которого вышка между ног?

– Рита, пошевеливайся, - с раздражением потребовал Северский.

Плавно перебирая руками в воде, послушно двинулась навстречу. Опустила взгляд, чтобы не пялиться, про себя выругалась.

Я сама напрашивалась, хотела, чтобы это быстрее случилось, а теперь такая робкая, как та девчонка из прошлого, которой было восемнадцать, когда она стояла на коленях в библиотеке перед ним и смотрела на оружие в его руках.

– Спускайся сюда, - сказала нетвердо, остановившись рядом внизу.

– Нет, - Арес резко наклонился. Подхватил меня подмышки. И выдернул из воды.

Взвизгнула, локтями коснувшись холодного бортика и замерла, зажатая его ногами.

– Поняла, что надо делать?
– спросил он хрипло и обхватил ладонями мою голову. Потянул к своим бедрам.

Поняла. И задрожала от прохлады в воздухе, от того, что по пояс в воде зависла и до дна далеко, его слова в ушах звенят так тревожно, из памяти они на поверхность выталкивают все то дурное и черное, чувство, сильнее которого нет, боль, до горечи сладкую, любовь, что страшнее ненависти, я не должна позволять ему так обращаться со мной, я думала, что сама буду все контролировать.

Как в тот последний вечер в аэропорту.

– Очень долго, Рита, - Арес усмехнулся, рывком притянул меня еще ближе. Сдавил мне челюсть.

И напряженным горячим членом с размаху толкнулся в рот.

Вздрогнула. Локтями ударилась о бортик, пальцами вцепилась в крепкие мужские бедра, чтобы в воздухе удержаться. Машинально расслабила горло, позволяя ему войти до упора. И замычала от непривычной, забытой грубости, но все равно услышала, как он застонал.

Тому, что творится сейчас нет названия, я знаю, что прекратить это должна, остановить нас, он сжимает меня, как игрушку, не жалея меня, в рот мне врывается, гладкая головка бьет в стенку горла.

Я должна, но, как и он, затормозить не могу.

Он вышел почти до конца, и я сама рванулась навстречу, ткнулась лицом в выбритый пах и замычала. Жарко, мне очень жарко. Оттолкнулась от его бедер, из его рук вырвалась, с бортика соскользнула в бассейн и под воду ушла с головой. Ноги коснулись дна, и я в нетерпении рванула наверх, как русалка, которую он сразу поймал в свои сети, снова прижал к себе.

Он с рычанием в меня вбивается, я хочу кричать, я мычу, и вибрация отдается в горле. Я буду делать это, пока не выдохнусь, пока он не останется без сил, пока не наступит конец света, пока...