– Я расскажу, если хочешь, - шепнул Арес.
– Был договор. И...

– К черту, помолчи, - сама оборвала его, не в силах больше выносить эту близость. Рванулась вперед, руки вырвала из его хватки, обвила его шею.

И коснулась языком его губ.

Глава 37

Я хотела этого так долго, на себе его руки чувствовать, жар от его объятий испытывать. Хотела так сильно, что в ушах зашумело, когда он прижал к себе и с жадностью в мои губы впился.

Святые котики.

Плыву куда-то, и кровать подо мной качается, словно на волнах, ничего нет вокруг, лишь бескрайнее море. Одно на двоих для нас, и мы крепко связаны, прочно, уже не разорвать этих пут.

– Рита, подожди, - он шумно дышит и от моих губ уворачивается, пытается убрать мои руки со своей шеи, но продолжает прижимать меня к себе.
– Дай сначала объясню.

– Не хочу, - шепчу, глаз не открывая, и в этот миг точно знаю - неважно, что у них за причины были.

Может быть, он выдаст мне сейчас очередную порцию вранья. Только зачем, если я уже в его руках, под ним лежу и обнимаю ногами крепкие мужские бедра. Как тогда, в аэропорту, хочу большего, пусть даже на короткие минуты, после которых все кончится - плевать, он нужен мне, хотя бы на чуть-чуть.

– Рита, - Арес оторвал от себя мои руки и вжал их в постель.
– Меня послушай.

– Нет, - выдохнула, я не могу справиться с дрожью, с предвкушением, я прямо здесь хочу его.
– Ты же сам этого добивался. Всё, бери.

Вырвалась и приподнялась, стянула с плеч лямки комбинезона. Бюстик я не надела, и теперь осталась по пояс голая. Он в темноте этого не видит, но чувствует, как я касаюсь затвердевшими сосками его груди.

Ткань царапает меня, мне нужно тело к телу, вплотную, я расстегиваю пуговицы на рубашке, не даю ему отстраниться.

– Твою ж мать, - Арес шепотом выругался. Сильные руки сдавили талию, по коже посылая мурашки, горячие влажные губы коснулись шеи...

Не сдержала стона, когда он впился в меня, сил не рассчитывая, зубами прикусил шею, втянул кожу в горячий рот. Он приподнял меня, и кровать скрипнула, уселся сам и опустил меня сверху.

– Сними брюки, - шепнула и запрокинула голову. Он жадно целует грудь, в пальцах сжимает твердые соски, ладонями водит по моей голой спине, он медлит.

Мне быстрее хочется ощутить его в себе.

– Арес, - поторопила.

– Поговорим и сниму, - пообещал он хрипло.

Ответ меня не устроил. Потянулась к пряжке ремня, сама начала расстегивать.

– Успокойся, - он перехватил мои запястья. Прикусил сосок, заставляя стонать.
– Выслушай.

Что он несет...

– Какого черта, - шепнула, запуская пальцы в его волосы, залитые лаком. Выгнулась в пояснице, грудью прижимаясь к его губам, затыкая.
– Просто сними брюки.

Арес резко перехватил меня за талию. Снял с себя и опрокинул в подушки. Сдавил за шею и навис надо мной, в рот мне выдохнул:

– Все, что я говорю - это всерьез. Мне не надо вот так.

– Как - так?
– я пыталась забыться, утонуть в своих чувствах, не думать, но он не дает. Раз за разом на землю меня возвращает, едва я пытаюсь взлететь, и в голове дым рассеивается, мутные мысли все четче становятся.

Кажется, ничего не будет - поняла. И не потому, что я не хочу - это от меня только что отшил.

– Поехали отсюда, - большим пальцем он поглаживает пульсирующую венку на шее.
– Заберем Гришу и уедем.

Как сказочно звучит.

– Да хватит уже, - не выдержала и оттолкнула его. Перекатилась по постели и вскочила на ноги. Начала торопливо натягивать лямки комбинезона. Желание, что таким сильным казалось, поглотило меня на секунды, и отступило. Поправляю одежду, волосы и мысленно ругаю себя.

Ему недостаточно просто поиметь меня, как раньше. Этот новый, повзрослевший Северский хочет еще и разговаривать.

К дьяволу.

Раньше надо было.

– Мне неважно, что случилось тогда, знать не хочу, - наклонилась и уперлась ладонями в кровать.
– Можно просто забыть? Не ворошить, не оправдываться.

Ведь такому нет оправдания, и я знаю - все ерунда, что бы он ни сказал, нет таких причин, чтобы бросить по уши влюбленную девчонку, по чувствам ее потоптаться и дальше пойти. А я все равно готова простить, ведь люблю до сих пор, пусть только он при себе оставит свои объяснения.

Я бы заново начала, я бы решилась, без оглядки на прошлое в настоящем жить. Сама разорвала бы эту порочную связь, собрала все силы, чтобы о его братьях не думать...

И все было бы правильно, на двоих.