— Все, кроме агрессивных игл, — кивнула ошарашенная Анна.

— У вас осталась упаковка? А иглы?

— Может быть, вы сначала отдохнете, выпьете чаю? — на правах почти что хозяйки предложила женщина.

— Я торговец, тааннет. Сначала дело, потом отдых.

И это невероятный юноша с замашками старика высокомерно поглядел на Югора.

— Я сохранил и упаковку, и иглы, — вздохнул Анхорм. — Пройдемте в мой кабинет. Анна, ты с нами?

— А нужно? — Анна не горела желанием видеть вещь, которая пыталась ее убить.

— Я настаиваю, тааннет, — Жозеф посмотрел на нее странно, оценивающе и почему-то нервно дернул щекой. — Мы долго обсуждали проблему, вы нужны мне, чтобы проанализировать остатки магического поля.

Пришлось идти.

В кабинете Алкедо сбросил лазурный приджак, закатал рукава рубашки и нацепил на нос очки в тонкой серебристой оправе, сразу делаясь старше и серьезнее. Достал из своего чемоданчика какие-то инструменты и лист бумаги, разложил на столе. Долго разглядывал сначала коробку с логотипом, потом сами иглы.

— Я могу оставить их себе? — спросил он сухо. — Покажу еще отцу. Но все верно: это наш продукт. Стандартный набор игл. Только его совершенно точно не было в вашем заказе, тааннет Мэррил. Иголки совсем новые, ими никто не пользовался. Но вот упаковка была изготовлена не менее трех лет назад, мы немного изменили цвета и детали логотипа в то время, здесь еще старая версия. Если предположить, что этот набор лежал у кого-то в шкафу, то получается, что нападение на тааннет было, скорее, спонтанным. Серийный номер удален, но это не проблема. Мы проверим химический состав игл, найдем подходящие партии и поднимем все заказы, хоть это будет и не просто. Будьте уверены, у Алкедо все под контролем.

— Отличная работа, — кивнул Анхорм. — Ваши заводы не зря считаются образцовыми.

— Может, все же чаю? — неуверенно спросила Анна. — И раз уж вы здесь, я хотела бы сделать вам подарок.

— Мне? — удивился Жозеф. — Зачем?

— Как образец того, что можно сделать с помощью вашей продукции.

— Что ж, любопытно будет взглянуть.

Вероятно, Алкедо сказал это из вежливости, ведь он пока был гостем. Впрочем, если Анна решила воспользоваться моментом и показать ему свои одеяла, ее мало что могло бы остановить. Мэррилы причиняли добро независимо от того, нужно ли это было тем, кого они собиралась осчастливить.

— Знаете, вы совсем не похожи на Маргариту Мэррил, — неожиданно поведал Анне гость, поднимаясь следом за ней в солярий. — Ваша… кузина, да? — другая.

— Вы просто недостаточно меня знаете, — отмахнулась Анна. — Вот, мы пришли.

Алкедо оглянулся, оценил масштабы стратегических запасов материалов и присвистнул. А потом он увидел разложенное на столе одеяло, пока еще недошитое, но вполне наглядное.

В глазах наследника самого богатого крылатого рода Эйлерана вспыхнул алчный огонек.

Это был один из самых сложных эскизов — осенний лес. Анна раскладывала контрастные лоскуты в казалось бы хаотичном порядке, небрежно и криво. Но общая картина завораживала даже ее, привычную к такой технике. С первого взгляда был узнаваем лес — длинные росчерки стволов, причудливые изгибы веток, пронзающие чащу солнечные лучи. Она невероятно гордилась этим одеялом, признавая — у нее получилось такое чудо лишь благодаря магическим иглам. Без них было бы не так ровно и быстро. Без них вообще не имело бы смысла такое шить, слишком трудоемко, слишком высокой была бы цена шедевра.

Алкедо замер в восхищении. Занес руку, неуверенно оглянулся на Анну.

— Можно потрогать?

— Да. Основная работа закончена. Осталась окантовка и мелкие детали.

Он провел пальцем по шву, потрогал ткань.

— Как вы это сделали? Просто невероятно. Я хочу это одеяло.

— Ну уж нет, — качнула головой Анна. — Во-первых, я его не дошила еще.

— Я подожду.

— А во-вторых, ваше другое.

Она достала из коробки одеяло с зимородком и раскинула его поверх леса.

Алкедо капризно выпятил губу.

— Это красивое, но я хочу то.

— Пятнадцать тысяч, — нагло ответила Анна. Она уже изучила цены на рынке и почти привыкла к местной валюте — ависам. На купюрах здесь были нарисованы, конечно, птицы. Тысяча ависов, самый большой номинал — ласточки. Сто — ворона. Один авис — воробей. А монетки назывались журавликами.

Алкедо захлопал глазами, а потом решился:

— Я беру. Вам наличными или на счет? Я готов внести предоплату.

Настало время удивляться Анне. Обычное одеяло было не дороже ста-ста пятидесяти ависов. За ручную работу могли предложить и тысячу, но это редкость. Она ведь специально назвала такую невероятную сумму, чтобы Алкедо отстал. А он взял и согласился. Что ж, значит, можно продавать дороже, чем она планировала.