Мысли Олега ушли в сторону, вильнули, уходя от ответственности и он вдруг вспомнил первое время в Мерисате, после смерти бабушки и бегства из дома. Волнующие золотые вершины столицы, перспективы нового тысячелетия, все это оказалось миражом, а дружелюбие и приветливые речи людей - обманом. Было тяжело, временами просто невыносимо, но Олег так и не вернулся домой, проще было умереть.

О смерти он тоже подумывал не раз, но как-то по привычке продолжал тащить свою ношу и заниматься делами, и мысли проходили. Были и знакомые, и друзья, и любовь, но Олег обжигался так часто, что потом уже просто перестал стараться и не рисковал. Не говорил о себе, не раскрывал прошлых ран, и стало легче... на какое-то время.

Можно ли было сравнить то время с нынешним? Там он не брал ответственности, наоборот, убил кого-то, здания, подобные штаб-квартирам "Драккара" никогда не пустовали. Убил и радовался этому, Олег хорошо помнил свои первые эмоции и мысли по этому поводу. Так чего же он тогда так переживал из-за местных? Там хотя бы были свои, земляне!

Или дело было в том, что он просто не спасал сотрудников корпорации?

— Проклятье, - пробормотал Олег, ощущая, как желание выпить становится все сильнее.

Сдержался, не стал переводить грибной настой и ресурсы синтезатора на выпивку, но легче не стало. Недаром ему приходили в голову аналогии и сравнения местных с детьми, теми самыми детьми, мелкими назойливыми пиздюками, которых регулярно хотелось утопить самому за шум и кучу лишних слов и проблем. Тех самых детей, которых он бросался спасать, так как и сам когда-то был таким же, беззащитным, уязвимым, неспособным дать отпор.

Не просто ответственность за спасенных, нет, к ней примешивалось еще и вот это отношение. Не мог Олег оставить кучу спасенных им детей на растерзание жестокому миру взрослых, то есть нежити. Но и жить так дальше не выходило, надо было что-то менять, например убедить себя, что все вокруг взрослые и их не надо спасать.

Олег попробовал, уже и серия закончилась, а он все пробовал и ничего не вышло.

— Тебе стало легче, - вдруг сообщила Имма.

И тут же все испортила самодовольным заявлением:

— Видишь, я помогаю!

— Отключить бы тебя, - проворчал Олег, - да сам стану, как ребенок.

В нынешних условиях такое было бы смерти подобно, буквально. Ребенок, ведущий детей, да, готовый рецепт для катастрофы. В этом смысле все и без того было печально, хоть плачь: ну какой из него руководитель? Толпа людей, осевших рядом с нежитью, разве такое могло закончиться хорошо? Следовало действовать, и он вроде не сидел без дела, но в итоге только загнал себя и преисполнился отвращения к окружающим.

Словно к толпе детишек, да-да.

— Иногда это полезно, - заявила Имма.
– Стать как ребенок, стряхнуть тревоги и заботы.

— И получить кучу страхов и указаний взрослых, - проворчал Олег.

Неприятно было осознавать все это, включая тот факт, что Имма, зараза такая, все же помогла, но еще неприятнее было делать выбор. Впрочем, теперь, после осознания, Олег понял, что выбора у него нет, он не мог бросить эту кучу детишек, как не мог оставить тогда погибающих под ударами мертвяков людей, как не мог... да неважно. Не мог и этого достаточно.

Из всего этого следовал еще один вывод: отправляться в Вендорию следовало лично. Да, оставить пещеры и людей здесь, рискуя, что придет нежить и всех убьет, и это было неприятно, не говоря уже о страхах, что залезут и украдут синтезатор. В то же время, он не мог пустить все на самотек, так как речь шла о безопасности вот этих вот взрослых детей вокруг.

Следовало идти с ними, и это же должно было помочь с самим походом, можно было обойтись меньшим количеством людей, оставляя больше здесь. Правда, один или десять уже не спасли бы против армии нежити, с которой удалось справиться в прошлый раз, но если не идти самому, то можно было получить "возвращение Даруна - 2" и потерю времени, полгода, как минимум.

Что также могло погубить взрослых детишек вокруг.

— Проклятье, когда я стал так высокомерен?
– пробормотал Олег.

Но попытка представить, что вокруг взрослые люди ничего не дала и не изменила его решения. Если он хотел сделать хорошо и спасти детей, мелких шумных противных назойливых раздражающих детей - а он хотел!
– то следовало идти самому.

Олег поднялся, хрустнул шеей и начал прикидывать, что потребуется в дороге.

День 182

— Я не подведу вас, тар, - гулко произнес Марбух и приложил к груди руку с растопыренными пальцами.

— Не сомневаюсь в этом, - ответил Олег.

Проблема заключалась в том, что не подвести можно было по-разному. Например, по методу Кассаха, героически погибнуть, но не отступить и не посрамить своей чести.

— И в тебе тоже не сомневаюсь, - повернулся он к Бартану.

Мург только поклонился, сдернул шапку, разве что на колени падать не стал. Если они устроят переворот и возьмут власть, вдруг с внезапным облегчением подумал Олег, то проблема решится сама собой: дети повзрослели, можно уходить. Единственной проблемой останется вытаскивание синтезатора в ночи, чтобы не заметили, хотя нет, уж если решились бы на мятеж, так точно вскрыли бы пещеру.