– Это справедливо. Как ты относишься к пробежке и тренировке завтра перед школой?

Энсон застонал.

– Зачем тебе понадобилось так начинать день ни свет, ни заря?

– Эй, ты же хотел, чтобы тебя включили в дело.

Он поморщился, смывая мыло.

– Хорошо.

Энсон выключил воду и схватил два полотенца с полки, встроенной в стену дома. Он обернул одно из них вокруг меня, туго натянув, затем вытерся насухо и обернул полотенце вокруг бедер. Мне никогда не надоест любоваться выставленной напоказ его золотистой кожей.

Он быстро поцеловал меня в губы и повел внутрь.

– Нам лучше лечь спать, если ты рано нас поднимаешь.

Наши шаги замедлились, когда мы вошли внутрь. Повсюду валялись обрывки одежды и бумаги. Это выглядело так, будто по центру комнаты пронесся торнадо. Я не смогла удержаться от смеха.

– Может быть, нам сначала стоит здесь прибраться.

– 18-

Несколько человек приподняли брови, когда мы с Энсоном вошли в спальню. Люк подавил смешок.

– Где-то прорвало трубу?

– Что-то в этом роде, - пробормотал Энсон себе под нос.

Я покраснела и ткнула его в живот.

Он ухмыльнулся.

– Что? Труба действительно лопнула.

Я закрыла лицо руками, когда Кин усмехнулся и обнял меня.

– Не смущайся. Мы все должны веселиться, когда только можем. Нам нужно выпускать пар.

Мы с Энсоном, конечно, сделали это. Я выскользнула из объятий Кина и направилась к шкафу, бормоча что-то о том, что мне нужна пижама. Я засунула одежду, которую Энсон сорвал с моего тела, в корзину для белья, а затем поспешила натянуть свежие шорты для сна и майку. К тому времени, как я вернулась в спальню, Энсон нашел пару пижамных штанов.

Все парни столпились вокруг кровати. Лукас откинулся на подушки. Холден присел на край матраса. Вон расхаживал взад-вперед.

Я с трудом сглотнула, глядя мимо Кина и Энсона, которые стояли между мной и местом, которое я любила до прошлой ночи. До того, как узнала, что сон может втянуть меня в битву за жизнь.

Холден встал, направляясь ко мне, скользнул руками по моему подбородку и зарылся в волосы.

– Мы не позволим ему до тебя добраться.

– Как?

Люк сел.

– Если мы все будем прикасаться к тебе, пока ты спишь, Калеб не сможет прорваться.

– Вы, ребята, не можете бодрствовать всю ночь только для того, чтобы я могла поспать.
– Они тоже нуждались в отдыхе. Мы все неделями жгли свечу с обоих концов.

– Можем, - процедил Вон сквозь зубы.

Кин шагнул вперед, держа в руках что-то похожее на завязки от халата.

– Но нам и не придется этого делать.

Энсон ухмыльнулся.

– Извращения. Мне это нравится.

Я хмуро посмотрела на него.

– Не помогаешь.

Он просто подмигнул мне.

Кин закатил глаза.

– Вот как это будет работать. Я свяжу наши руки вместе. Холден и Люк лягут между нами. Это удержит наши руки над ними обоими, чтобы был контакт. Тогда Энсон сможет лечь на другой бок и...

– Я сяду на край кровати и буду держаться за твою ногу, - вмешался Вон.

– Ты можешь спать в постели со всеми нами...

Он покачал головой, прерывая мои слова.

– И так сработает.

Острая боль пронзила мою грудь. Я не хотела разочаровываться в том, что Вон держится в стороне от нас, но ничего не могла с собой поделать. Я подавила обиду и кивнула.

– Все, что тебе удобно.

Что-то, очень похожее на сожаление, промелькнуло на его лице.

– Это к лучшему.

Но откуда Вон на самом деле это знал? Он не позволил себе даже попытаться. Я прикусила язык и забралась на матрас. Люк изогнулся вокруг меня, губами коснувшись моего уха.

– Дай время.

Я кивнула, но не сказала ни слова. Я не могла озвучить надежды, которые, как я не была уверена, осуществятся.

Холден забрался на кровать, Люк и Кин за ним. Когда Энсон опустился с другой стороны от меня, Люк связал нам с Кином руки. Таким образом, я могла двигать другой рукой и не чувствовала бы себя в ловушке, но имела контакт со всеми.

– Подожди. Энсон, передай мне телефон?

Он схватил устройство с прикроватной тумбочки и передал его мне. Я быстро завела будильник и вернула его обратно.

– Спасибо.

Энсон положил его, пока Вон откидывал одеяла в изножье кровати. Приятная дрожь пробежала по спине, когда он пальцами обхватил мою лодыжку. Теперь, когда вся наша связь была скреплена, я больше не чувствовала физической боли, когда Вон держался на расстоянии. Но когда я получила этот контакт, все во мне вспыхнуло с новой силой. Это было так приятно, что почти причиняло боль. Потому что я знала, что это ненадолго.