– Я должна была остановить его. Я могла. Я была слишком напуган.

Люк подхватил меня на руки, прижимая к своей груди.

– Тебе позволено поколебаться, прежде чем лишить кого-то жизни, перевести дух, прежде чем подумать о том, чтобы покончить со своим отцом.

– Эти девушки. Они в аду из-за меня.

Люк крепче прижал меня к себе.

– Из-за Калеба. Что ты только что сказала в сторожке? Что в нападении не было нашей вины. Что это было на совести изгоев и тех, кто отдал приказ о нападении. То же самое верно и в отношении этого.

Рыдание вырвалось из моей груди.

– Как они смогут снова посмотреть на меня? Мой отец ответственен за всю эту боль. За родителей Кина и Вона. За мать Холдена. Причину, по которой Вон так сломлен.

Каждое слово врезалось мне в душу, их боль становилась моей собственной.

Люк убрал волосы с моего лица.

– Они любят тебя. Никто из них не возлагает на тебя ответственность только потому, что Калеб внес свой вклад в твою ДНК. Ты сама по себе, Роуэн. И это все, о чем мы когда-либо могли мечтать. Достаточно сильная, чтобы связать пять сильных личностей, достаточно добрая, чтобы встретить нас всех там, где мы есть, достаточно умная, чтобы объединить нас. Ты просто чудо.

Я прерывисто вздохнула, и еще несколько слезинок пролились на свободу. Люк смахнул их большими пальцами.

– Я эмпат, помнишь? Я бы знал, если бы они злились на тебя. Все, что они делают, - это беспокоятся.

Худшая часть моего беспокойства улетучилась. Не из-за дара Люка, а из-за его слов. Способность быть эмпатом проявилась в нем во всех отношениях. Он мог исцелять вообще без использования магии.

Я наклонилась к нему, мои губы были на расстоянии вдоха от его губ.

– Я люблю тебя.

– Так сильно, что кажется, будто это скребет меня изнутри.

Я приоткрыла рот.

Люк провел пальцем по моей нижней губе.

– Почему ты хмуришься?

– Звучит не совсем приятно.

Он усмехнулся.

– Я чувствую в тебе свирепость. Я бы не хотел, чтобы все было по-другому.

Что-то во мне растаяло от этого. Я провела руками по его гудящим вискам, а затем запустила их в его длинные волосы. Я нашла его губы в поцелуе. Это был комфорт, который быстро превратился во что-то совершенно иное.

Жар пробежал по позвоночнику, когда язык Люка погладил мой, принося с собой голод, который заставил меня сжать в кулаки его рубашку. Я переместилась так, что оказалась верхом на нем, его длина прижималась к моей сердцевине. Мои бедра двигались по собственной воле, ища контакта и давления, большего от Люка.

Когда я выгнулась навстречу ему, он зарычал мне в рот. В мгновение ока он вскочил на ноги и понес меня дальше в лес.

– Куда ты…

Слова оборвались, когда я увидела тот самый склад, где мы скрепили нашу связь несколько недель назад. Казалось, за эти недели прошла целая жизнь. И Люк чувствовал, что он полностью принадлежит мне.

Он распахнул дверь с такой силой, что она с грохотом ударилась о стену здания. Как только дверь распахнулась, закрываясь за нами, Люк начал сдергивать мою одежду. Мой спокойный и собранный Люк теперь казался каким-то диким. Моя рубашка была расстегнута, и его пальцы оказались на пуговице моих джинсов, прежде чем спустить их на пол.

Я потянулась руками к его футболке, неловко стягивая ее через голову, не заботясь о том, растянется она или порвется. Все, чего я хотела, - это Люк. Его кожа на моей. Чувствовать его всего целиком.

В какие-то мгновения между нами ничего не было. Золото в карих глазах Люка вспыхнуло.

– У меня перехватывает дыхание от тебя.

Его руки скользнули вниз по моей шее к грудям. Одна осталась там, исследуя местность. Другая опустилась между моих бедер, дразня и играя.

Я запрокинула голову, с губ сорвалось тяжелое дыхание. Ноги задрожали, когда два пальца скользнули внутрь меня.

Люк сжал эти пальцы, когда большим обвел мой клитор. Я изо всех сил старалась удержаться на ногах.

– Я могу чувствовать тебя.

Я посмотрела на Люка, его глаза были прикрыты, а на губах играла дьявольская усмешка.

– Я могу ощутить каждый пик ощущений.
– Большим пальцем он надавил на комок нервов.
– Каждую каплю удовольствия.

Люк прочитал мое тело еще до того, как эти мысли проникли в мой мозг. Он мог играть на мне так, как если бы я была скрипкой, а он - искусным музыкантом.

Но прямо сейчас все, чего я хотела, - это Люк. Всего его.

– Сделай меня своей, - прошептала я.