Что его так долго задерживает?

— Это не нормально. Елена, он придурок, и если не появится, надеюсь, ты никогда больше с ним не заговоришь.

— Это жестоко.

— Нет, это не так. Я ненавижу его подружку! — закричала она. Это было то, чего я ждала последние несколько часов. — Она такая примадонна и заноза в заднице.

Я не смогла удержаться от смеха. Притворяйся Елена, притворяйся.

— Она не может быть настолько плохой.

— О, подожди. Ты увидишь. В конце вечера ты скажешь это. Она стоит за всем этим. Она не уверена в себе.

Она красива? Пожалуйста, Сэмми, просто ответь на это. Но она не поднимала эту тему, а я не спрашивала напрямую. Она просто жаловалась на то, какой злой коровой она была.

— Ты его всадница или будешь ей, — сказала она. — Ты должна запретить ему встречаться с ней.

Это снова заставило меня рассмеяться. Мне было интересно, послушается ли он вообще, если я это скажу. Перестанет ли он встречаться с ней, даже если технически он не мой дракон?

Я села рядом с мамой. Сэр Роберт разговаривал по телефону.

Раздражение моей матери из-за отсутствия Блейка было очевидно по тому, как она ерзала. Она скрещивала и разжимала ноги и сотни раз разглаживала шелковую блузку.

Это было нехорошо. Но сегодня вечером я притворюсь, что все в норме.

Каждый мой день рождения был одинаковым. Важные люди вставали и произносили речи, потому что я была принцессой. Я не слушала никого из них. Я была так отвлечена тем фактом, что Блейка здесь не было.

Его отец тоже был зол. Я сделала мысленную пометку никогда больше с ним не разговаривать, если он не появится. Мое безразличие становилось все труднее поддерживать по мере того, как во мне закипала ярость.

Но потом, во время выступления моей матери, он наконец появился.

Я видела Ледяную Королеву. Назвать ее красивой было бы преуменьшением. Белые волосы обрамляли ее длинное овальное лицо. Ее светло-голубые глаза сразу же нашли мои. Я увидела в них вызов… или мне это показалось? Их появление заставило всех ахнуть. Слова моей матери иссякли. О, дерьмовый ручей. Она будет в ярости.

— О, посмотрите, кто, наконец, решил почтить нас своим присутствием. Добро пожаловать, Блейк и плюс один. — Ее тон сочился сарказмом.

— Извините, — сказал Блейк чересчур дружелюбным голосом. Он занял место, даже не свое, за столом в самом конце.

Мама поймала мой взгляд и подмигнула.

— Как я и говорила. С каждым годом ты становишься все красивее, Елена. У меня просто больше нет слов, чтобы сказать тебе, что я чувствую. — Ее глаза заблестели. — Спасибо тебе за то, что ты такая замечательная. — Я втянула губы и увидела, как мой отец слегка прищурился, глядя на нее.

— Ты превращаешься в такую замечательную молодую леди. Ты отличный боец, прилежная ученица и однажды станешь превосходной королевой. И теперь ты сногсшибательная молодая женщина. Для меня большая честь быть твоей матерью. Моей прекрасной дочери Елене. И пусть у нее будет самый лучший день рождения в жизни. — Все подняли бокалы и зааплодировали. Вспыхнули вспышки фотокамер, когда собравшиеся подняли хрустальные бокалы в тосте.

Я сохраняла бесстрастное выражение лица. Сегодня вечером она действительно сделала акцент на слове «красивая», хотя я не могла чувствовать себя красивой рядом с Ледяной Королевой.

Затем шеф-повар принес мой торт. Я понятия не имела, что будет в этом году. Но когда он показал его, оказалось, что это красивая обувь. Зеленые туфли на шпильке с ремешком.

Я рассмеялась. Мама и папа засмеялись еще громче.

БЛЕЙК

Я не думал, что мы так опоздаем. Я видел пропущенные звонки от отца. Он должен был прийти в ярость, что по какой-то причине меня не очень беспокоило. В последнее время я пребывал на седьмом небе от счастья. Я наконец-то узнал, каково это — больше не быть девственником.

Эта дикая кошечка рядом со мной была больше, чем просто отстойный дракон. Я просто надеялся, что Елена сможет любить ее так же сильно, как я.

Она должна была.

Я не хотел проделывать весь путь до того места, где я обычно сидел. Слишком много людей через которых нужно было протискиваться. Я плюхнулся за ближайший столик, занятый людьми из двора короля Альберта.

Мать Елены говорила так саркастично, когда мы вошли. Она ненавидела опоздания, но еще больше ненавидела, если кто-то прерывал ее речи. Так что это было ожидаемо. Однако ее речь в этом году была немного другой. Она продолжала подчеркивать, какой красивой стала Елена. Елена всегда была красивой, как и Сэмми. У девушки были мягкие зеленые глаза. Большие, мягкие, изумрудные глаза, которые обладали способностью делать невозможным сказать ей «нет», когда она действительно чего-то хотела.

«Черт!» Это поразило меня. Я не купил ей гребаный подарок на день рождения. «Не круто, Блейк. Так не круто.» Мне нужно было найти какой-то способ загладить свою вину перед ней.