Я заставила себя вернуться к ужасающей реальности. Из последних сил я оттолкнула лезвие Мистера Икс немного назад, а затем ударила его ногой. Как только его ворчание достигло моих ушей, я упала на пол, потеряв при этом изрядный клок волос. Не позволяя жжению на коже головы замедлить мое движение, я вскочила на ноги и поспешила к двери.

— Нет! — рявкнул он мне вслед, прежде чем острая боль пронзила мою лопатку. Вскрикнув, я споткнулась и упала на дверь. Я схватилась за дверную ручку, чтобы окончательно не рухнуть на пол. Ручка повернулась, дверь распахнулась, и я почувствовала тепло солнца на своей коже, а затем его руки обхватили меня за талию. Поднятая в воздух, я билась и кричала так громко, как только могла, надеясь, что кто-нибудь услышит меня через открытую дверь.

Затем меня оторвали от земли.

Воздух выбило из легких, когда мой позвоночник ударился о деревянную лестницу. Мистер Икс навис надо мной, держась одной рукой за ступеньку за моей головой. — Ты моя! — прорычал он мне в лицо. Плевки попали мне на щеки, а его прогорклое дыхание заполнило мой нос.

У меня перехватило дыхание. Не от запаха. Но от мучительной боли, взорвавшейся в моем животе.

Он ударил меня ножом.

Его нож был погружен в мой живот. Время замедлилось, когда он отстранился. Его глаза были широко открыты, в их черной глубине не было никаких эмоций. Кровь запеклась на его черно-серой щетине вдоль линии челюсти и подбородка. — Никто больше не сможет заполучить тебя, — отстраненно произнес он, в очередной раз погружая нож в мой живот.

Я не знала, почему положила руки ему на плечи, когда он снова вынул нож. Не знала, почему встретила его взгляд и почему спросила его: — Ты меня не любишь? — Я не знала, что заставило меня сказать это, но это заставило его остановиться, и я могла бы поклясться, что увидела сожаление в его глазах.

Я воспользовалась этим шансом, чтобы вогнать колено ему между ног. Он издал сдавленный звук. Рука, удерживавшая его, ослабла, и он упал на меня. Оттолкнув его в сторону, я скатилась с лестницы на пол. Прижав руку к кровоточащему животу, я заставила себя подняться на ноги.

Через открытую входную дверь я выбралась на слепящий солнечный свет. — Помогите мне! — кричала я снова и снова, пока бежала по лужайке и перелезала через стену кустов, которая служила забором между нашим двором и соседским. Кровь стекала по мне спереди и пропитывала джинсы.

Я справлюсь.

Справлюсь.

Я повторяла себе это снова и снова. Окровавленными руками я позвонила в их дверь дюжину раз. Я оставляла кровавые отпечатки рук на их входной двери, колотя по ней, пока она наконец не открылась.

Как только пожилая пара увидела, что это я и что я ранена, они впустили меня внутрь. Я успела сделать всего несколько шагов, как все вокруг словно остановилось. У меня отказали ноги, и я упала на пол. Я боролась. Я выбралась. Но у меня ничего не осталось. Во всех смыслах, кроме моей жизни. А она у меня была. Лежа, истекая кровью, на полу у перепуганных соседей, пока они вызывали полицию, я задавалась вопросом, стоило ли оно того.

15

Все четверо молчали, перебирая в памяти каждую деталь, которую я рассказала им о той ночи.

Пока они это делали, я удивлялась тому, что мне не понадобилось выпить. Никто меня не заставлял. Ту ночь я бы назвала худшим уровнем ада, и я сама поведала им об этом. Иногда трудно заметить прогресс, когда речь идет об исцелении. Но то, что я только что сделала, было прогрессом, который невозможно было не заметить.

Кольт взял меня за руку. — Я горжусь тобой, детка.

Остальные поддержали его.

— Как ты думаешь, стоило ли бороться за свою жизнь? — спросил Нокс.

Улыбнувшись, я поднялась на ноги и обошла журнальный столик, чтобы подойти к нему. Я наклонилась и прижалась к его губам в мягком, сладком поцелуе. — Если бы завтра я проснулась привязанной к той кровати, я бы сражалась, как черт, и перенесла бы все, что было потом, заново, если бы это означало, что я найду вас четверых.

Когда я собиралась выпрямиться, Нокс схватил меня за руку и притянул к себе на колени. — Я не хочу, чтобы мы были причиной. Ты должна сама увидеть ценность своей жизни.

— Ты меня не так понял. — Я поудобнее устроилась у него на коленях, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Трудно увидеть или найти ценность в чем-либо, когда вокруг темно. Вы четверо дали мне свет. Поэтому я ценю свою жизнь не потому, что в ней есть вы четверо. Я ценю свою жизнь, потому что вы четверо показали мне, как это сделать. Кому-то может показаться нелепым, что мне понадобилась ваша помощь, чтобы снова начать ценить себя, но я думаю, что иногда помощь не помешает. — Я еще раз быстро поцеловала его и попыталась встать с его колен.

Его руки обхватили меня. — Куда ты идешь?

— Я устала. Пойду спать, — сказала я.

— С кем? — спросил Крид.

Я обвела всех взглядом и поняла, что все они хотят быть со мной. — Что, если мы все сегодня будем спать в гостиной у камина? Засыпать под него и, может быть, даже под фильм — звучит очень мило.

Нокс поцеловал меня в висок. — Мы можем это сделать.

* * *

На следующее утро я проснулась довольно спокойно. Мои сны были не из приятных, но и не кошмарными. Мне снился Логан. Он появился в хижине и сказал, что Мистер Икс мертв и мы можем вернуться в Аризону. Это был тот самый сон, когда ты знаешь, что все происходящее неправда, но у тебя все равно нет выбора, кроме как наблюдать за тем, как ты принимаешь ужасное решение. Я знала, что Мистер Икс не умер, и во сне я собиралась вернуться в Аризону, где он будет ждать. Это был беспомощный сон. Но есть и положительный момент: я не проснулась с криком.