– Зря ты всё-таки к ним не вышла, – пробормотала мама. – Надо было их отбрить по-нормальному.

Ножницы смачно щёлкнули прямо у уха, так что Василиса автоматически дёрнулась.

– Сиди тихо.

Василиса села прямо и замерла. Отец, глянув на неё, повёл бровями. Пусть Фаврелия одумалась и бесконечно благодарила, пусть Зоя плакала и просила прощения, пусть даже бабка ходила к ним каждый день. Василиса всё равно больше не желала ни с кем из них общаться. Ни в какой форме.

Единственной, кого впустила Василиса в дом, была Лета. Без Коли.

Лета принесла пирожных из «Подсолнуха», которые для Василисы теперь были на вкус как песок.

– Не обижайся, но ты сама виновата, – пожала плечами Лета, выслушав рассказ.

– Я и не спорю, – вяло произнесла Василиса, глядя в окно.

– Ты слишком совестливая. Надо было просто отказаться, и всё. Пора научиться говорить «нет». И не винить себя за это. В конце концов, ты человек. И у тебя есть право посылать подальше тех, кто садится тебе на голову.

– Ты права, – проговорила Василиса, подперев рукой подбородок. – Но теперь-то какая разница.

– Да ладно тебе, – не слишком уверенно сказала Лета. – Жизнь-то не заканчивается. Подумаешь, с парнями ничего не получится. На них свет клином не это… как там. Неважно, в общем. Есть много разных других интересных вещей.

– Каких? – вздохнула Василиса.

– Ты куда документы отправила?

– Не помню.

– Ну и ладно. Тебя, наверное, много куда примут. Выбери что-нибудь получше да поезжай. Хоть карьеру сделаешь. И ничего мешать не будет.

Разговор с Летой, увы, не помог разогнать тоску. Молодость и студенчество – самое прекрасное время в жизни человека. Которое Василиса проведёт в полном одиночестве. Она уже точно решила уехать из Покрова и перестать грузить родителей своими проблемами.

Только вот уезжать совсем не хотелось. Василиса вдруг осознала, что ничего так не желала, как остаться здесь. Только зачем? Стать ведьмой-изгоем? Мрачной достопримечательностью Чернореченского туристического кластера, к которой туристов, правда, водить не будут, потому что вдруг она их сожрёт.

И перед родителями стыдно. Они, наверное, рассчитывали когда-нибудь внуков понянчить. Увы. Хотя они и сами ещё не старые. Вполне можно как-нибудь им намекнуть, что можно бы и второго ребёнка завести. Только воспитанием заниматься получше, чтобы и его не унесло в мутную степь или заброшенный санаторий, откуда бесплатно не выберешься.

И всё же решение пришлось принять. Как ни сложно это оказалось. Василиса долго думала и наконец кое-как расставила всё по местам. Для начала решила съездить в Растяпинск к бабушке. Родители обрадовались. Они-то думают, она там развеется. Ничего подобного. Не за тем едет.

Василиса попросила отца отвезти её ночью, чтобы никого не встретить. А заодно чтобы родителям больше не приходилось врать, что Василисы нет. Теперь-то это будет правдой.

Отец все просьбы выполнил и следующим утром оставил дочку у бабушки, а сам уехал. Василиса вышла на кухню. Она рассчитывала, что бабушка отправится с утра пораньше поливать огород, но нет – баба Рая решила порадовать внучку сырниками.

– Так, садись и… – Бабушка, рассмотрев новую стрижку, замерла посреди кухни. – А косу-то куда девала?

Василисе очень не хотелось в очередной раз всё пересказывать. И не пришлось. Потому что бабушка, глядя на неё, моргнула, резко вздохнула и произнесла:

– Ну, ничего. Волосы – не зубы. Отрастут. Хотя тебе и так идёт. Ладно, бери варенье.

Откуда-то и бабушка знала, что именно случилось. Только на удивление не осталось сил. Подумаешь, бабуля в курсе. Она и раньше отлично понимала всё, что творилось в Черноречье.

Позавтракав, Василиса первым делом пошла в парикмахерскую. Постригла её мама хорошо, но оттенок волос хотелось немного усилить. Плюс ей в качестве акции бесплатно покрасили чёлку в фиолет. Получилось стильно и готично.

Из парикмахерской Василиса сразу отправилась в парк, там пошаталась среди туристов. Дождалась, пока появятся организованные группы. Услышав знакомый голос, пристроилась к толпе, которая как раз рассасывалась, чтобы накупить сувениров.

– Привет, – произнесла Василиса, подойдя к гиду.

Аня глянула на неё, удивлённо моргнула, будто не узнавая. Но потом поджала губы и молча кивнула.

– Я в кафе посижу, – сказала Василиса, отходя. Аня снова молча кивнула.

Пока Аня раздавала туристам инструкции и рассказывала, где какой музей, где какая лавка, где поесть и где туалеты, Василиса ковыряла ложкой ягодное мороженое. Когда Аня села за столик, оно почти растаяло.

– Я сначала тебя не узнала, – сказала Аня, наливая себе воды из запотевшей бутылки. – Хотя тебе идёт.