Шрифт:
Остальные сборщики таскали стандарт и были скорее молодыми ремесленниками, чем воинами. Однако в технологичной бедности их не обвинить: за ними следовали два грузовых бота, перебирающих тонкими лапками, а один бедолага из группы тащил сани с холодильными сумками и наборами инструментов для разделки.
Из стрелкового оружия: однозарядные мушкеты, армейские ружья и стандарт– пистолеты. Ширпотреб, но лежало на санях и торчало из коробов ботов много единиц. В случае чего сборщики не планировали перезаряжаться, будут стрелять пока оружие не закончится, а потом просто отступят.
По крайней мере, так я предполагал.
Лифт остановился на пятом круге. Перед нами оказалось небольшое укрепление из каменных блоков — блокпост, с направленным вниз двухметровым крепостным ружьём.
Ждали гостей?
Должно быть.
Дозор несли пятеро легионеров и восемь промысловиков. Крепкие, хорошая снаряга, приемлемое вооружение. Рукава поддоспешников украшали заколки в виде жёлтого фонаря.
Йорг пообщался с старшим группы — удивительно, но с промысловиком — и после мы отправились к ближайшему аркообразному проходу.
Никаких боевых построений, шли как шли: толпой, постоянно меняясь местами и переговариваясь; только сборщики молчаливо брели поодаль.
Видимо в ближайшей местности промысловики вычистили все, ничего опасного у дозорного укрепления просто-напросто не осталось.
***
Дорога однообразна — сплошной, серый штрек. Он периодически оскаливался проходами-ответвлениями и уводящими с уровня природными лестницами. Надоело быстро, но я все равно оставался внимателен: ладонь постоянно лежала на оружейной рукояти.
Пахло пустой прохладой и на удивление травой.
Подметил что по прошествии времени опустели взгляды у молодых, но старшие не расслаблялись. Единственное, что оставалось неясным — насколько вовлечён Кряж, по глазам стального цвета понять это сложно.
— Влюбился что ли? — шёпотом язвила Желчь. — Выбрал бы кого внушительнее.
Один раз интерес оживал. Мы наткнулись на сохранившиеся барельефы, висящие одинокими кусками посреди развалин.
Они изображали претендентов в дхалы, те сошлись в поединке на дуэльном круге Ямы. Из оружия — длинные ножи; панцирей на бойцах нет — пока не заслужили, но четыре мода уже установлены, а значит первую процедуру в Купели Модернизаций пережили, значит шесть месяцев подготовки прошли. На фоне — наставники-сержанты, другие претенденты и ветеран– мастер.
Бо указывала на изображение, смеясь из-за маски:
— Тво-ои что-то не по-оделили.
Я посмотрел на ее лицо, изогнув бровь, и следующая мысль внезапно посетила меня: а насколько много люди знали о нас? Насколько разговорчивы были те, кто не стал жертвой обнуления?
Свет в штреках обеспечивала цвет-плесень, проросшая по своду щетиной. Со стен тускло “досвечивали” свой срок древние лампы.
Часто путь нам перебегали яркие сороконожки, длиннющие, размером с предплечье взрослого. За хитином сияла кислотно– зеленым и красным жидкость; с каждым движением она меняла положение внутри и свет падал на стены россыпью цветных пятен. Не знаю почему — но во мне от вида и от того как сороконожки переваливались проявлялось эхо смешливости. К счастью, с этим моды могли справиться.
По прошествии трёх часов мы вышли в бывший Круг Чатуров.
У поломанного бивня кафедры пузырилась чёрно-рыжая лужа. Казалась она шевелилась.
Только начал размышлять добыча это, враг или еще что, а Кряж уже сделал шаг вперед, поднял шипомёт и дважды выстрелил.
— Стареешь, громила, — прокомментировала Желчь.
Снаряды ударились об пол с хлопком и огненные вихри прошлись по пузырям. Один за другим те взрывались с мерзким хлюпаньем.
— Пузырник, — объяснил Батар. — Лопается, если рядом пройти. Снаряжение может попортить. Но это ладно. Тварь споры раскидывает, потом те летают, забиваются под одежду и доспех.
После этого происшествия мы наконец-то выстроились по тактическому замыслу.
Ядро впереди. В двадцати шагах — поддержка, в сотне — сборщики.
— Теперь внимательнее, — веско объявил Йорг.
***
Еще час пути представали сплошь лабиринтоподобные ходы, соединенные с криптами кханников. Их разграбили должно быть столетие назад.